В общем, вечер вышел очень душевным и спокойным, что ли?

Поначалу я немного волновался за нарушение внутреннего распорядка гимназии, но после того, как в столовую пришел Демид Иванович, я успокоился.

Причем классный сел в самый дальний от нас угол, чтобы не смущать и не мешать болтать, и спокойно себе читал какую-то книгу.

Ну а для меня это был сигнал — неофициальное разрешение погонять чаи до самого отбоя перед самой важной в нашей жизни поездкой.

Ну а ночью мне снилась Рив.

И мы, к моей неописуемой радости, просто сидели рядом, касаясь плечами, и вместе молчали о чем-то важном.

Как же мне не хватало таких вот… семейных моментов!

Ох не зря в этом мире Род стоит на первом месте. От общения со своей семьей заряжаешься даже больше, чем от природы и поставленных перед собой целей.

Я щедро делился с Рив мужской энергией, а в ответ получал женскую.

И это было неописуемо.

То чувство, когда девушка рядом с тобой полностью расслабляется и доверяется тебе — бесценно.

Мы сидели, молчали о любви, а в голове крутилась песня группы Helvegen:

Ты только дай, ты мне дай

Ты подай мне руку

Не напугай, не ругай

Не наведай скуку

Мы за одно, мы одни

Мы другими стали

Наши с тобой времена настали

Я воскликну слава роду

Слава нашему народу

За руки возьмёмся братцы

Заплетёмся хороводом

Воскликнем слава роду

Слава нашему народу

Ритмам музыки отдаться

Под простором небосвода

И, хоть в оригинале строки звучали немного иначе, но в моей голове играл именно этот вариант.

Ведь местные, ставшие моими друзьями, не имеют никакого отношения к моей Родине, но стали для меня её частью.

Мы сидели в обнимку с Рив, и у меня в голове рождались постулаты Рода, что ли?

Родина там, где нахожусь я.

Мой род всегда со мной.

Честь, Воля и Любопытство — пусть долгий, но правильный путь.

Слава роду, Роду слава!

Не знаю как передать словами, но на Арене с Рив я так наполнился, что часть этой наполненности осталось со мной и после пробуждения.

И это было сродни дзену.

На зарядку и завтрак я шел просветленным, на осмотре УГов я был подобен Будде, а финальные сборы и встречу с Оутом и Жижеком перенес с олимпийским спокойствием.

Казалось, эта внутренняя непоколебимость будет со мной до конца жизни.

Хах! Наивный.

Всю эту осознанность, все это просветление как ветром сдуло, стоило мне увидеть, кто стоит у портальной арки.

И если большая часть вопросов почти не вызывала:

Алабай, рядом с ним второй перевертыш, судя по хитрой улыбке и лукавому взгляду — Лис.

Тут же неподалеку улыбающийся Леший и… неожиданно Жилик! Ушлый зэк, сумевший пережить вторжение песеголовых.

Оут, Жижек и их дружина.

Ухмыляющийся Макс, Виктор и их дружина.

Крис Олау и незнакомая мне миловидная девушка, судя по всему, дочь Якова Ивановича, Настасья.

Три класса волнующихся гимназистов и… капсула с Дубровским.

Но даже отправка Романа не вызывала столько вопросов, сколько… они.

Старательно прячущиеся за Демидом Ивановичем и Игнатом Ивановичем личности так и намекали на будущие проблемы.

Крупные проблемы.

Рядом с ожидаемой проблемой номер раз — Ольгой Ивановной, которой что-то выговаривал директор, стояли проблемы номер два и три.

Алексия Громова и Айна Пылаева собственной персоной.

Ну и проблема номер четыре — обособленно от всех стоял представитель ордена Серебряных, дознаватель Гарлух.

Тот самый, что так резво бежал под прицелом пулемета лже-паладина.