– Что ж, – с улыбкой сказал Тарус, – значит, наш договор заключен.

Эйрин кивнула.

– Вам следует пойти к королю. Он наверняка ждет вашего доклада.

Тарус открыл рот, но потом покачал головой и ушел. Эйрин улыбнулась. Хотя они заключили союз, ей было вовсе не обязательно отказываться от таинственности. Она догадалась, что он куда-то ездил по поручению короля, причем только по его внешнему виду – значит, рыцарю следовало доложить о результатах своей поездки королю. Но пусть он думает, что она обладает способностью к предвидению. В таком случае, он не станет нарушать договор.

А станешь ли ты соблюдать его, Эйрин? Выполнишь ли ты свое обещание, если тебе придется пойти против Узора?

Да. Она выполнит договор. Потому что она не просто колдунья, а еще и баронесса – а потом станет королевой. Она не нарушит свою клятву.

Однако принца нигде не удавалось найти. Однажды Эйрин видела лорда Фарвела, когда он разговаривал со слугой, и слышала, как он произносил ее имя. Слуга показал в ее направлении, но прежде чем старый сенешаль успел двинуться к ней, Эйрин ускользнула прочь.

Впрочем, она не могла пропустить ужин, который должен был состояться вечером. Эйрин посадили напротив Иволейны и Мирды. Королева оказалась слева от короля, справа от него сидел Теравиан, а за ним лорд Фарвел. К счастью, между Эйрин и сенешалем оказались два графа, и, хотя Фарвел несколько раз пытался заговорить с ней о предстоящей свадьбе через головы гостей, она сделала вид, что ничего не слышит, и лишь очаровательно улыбалась, поднимая кубок с вином в его честь.

Бореас казался непривычно подавленным – интересно, что рассказал ему Тарус, подумала Эйрин. Рыжеволосый рыцарь не присутствовал на ужине, хотя на дальнем конце для него было приготовлено место рядом с Мелией, на лице которой застыло выражение легкой скуки.

Бореас часто наклонялся к Иволейне и что-то негромко говорил ей. Однако Иволейна ничего не отвечала королю. Она просто смотрела на зал, ее глаза поблескивали, словно опалы, в оправе светлых волос. Лишь однажды Эйрин рискнула бросить взгляд на Теравиана, но принц отвел глаза. Он угрюмо смотрел в свою тарелку, а его нахмуренные брови сошлись на переносице.

Эйрин покинула зал при первой же представившейся возможности и вышла в коридор прежде, чем лорд Фарвел успел подняться со стула. Она подумала, не поискать ли ей Паука Олдета. Однако она не представляла, что скажет шпиону. И не могла вернуться в свои покои, поскольку именно туда первым делом направится Фарвел. Эйрин и сама не заметила, как оказалась возле комнаты Мелии.

– Заходи, – послышался голос прежде, чем Эйрин подняла руку, чтобы постучать.

Она вошла и застала Мелию за вышивкой. Черный котенок играл на ковре возле камина, бегая за клубком.

Эйрин откашлялась.

– Я думала…

– Конечно, дорогая, – прервала ее Мелия. – Я уверена, что здесь тебя никто не найдет.

Эйрин не осмелилась спросить, почему леди Мелия так в этом уверена. Она уселась в стоящее неподалеку от камина кресло и тут же пожалела – здесь было слишком жарко.

– Ты счастлива, дорогая? – спросила Мелия, не поднимая глаз от вышивки.

Эйрин едва не свалилась с кресла. Что Мелия имеет в виду? Конечно, намекает на жениха Эйрин.

– Я счастлива, что король считает меня достойной стать женой его сына, – заявила Эйрин.

Мелия оторвалась от своей работы.

– Меня интересует совсем другое.

Эйрин встала с кресла и подошла к окну.

– Вы не возражаете? У камина слишком жарко.

– Конечно, дорогая.

Эйрин отодвинула занавеску и слегка приоткрыла окно.