— Сохранилось еще несколько десятков экземпляров. Естественно, я говорю о книгах за пределами баронства Блад, — Александр оценивающе посмотрел на обоих мужчин в спальне, — И, да. Годиус сам не понял, что он написал. Мы тоже осознали это далеко не сразу.

— И ты вампир?

— Вампир, — кивнул Александр, — Но зачем тебе это знание, старик? Ты же понимаешь, что теперь ваши шансы покинуть это помещение живыми очень и очень ничтожны?

— Ну почему? Здесь много серебра, а этот металл очень опасен для таких, как ты, Алекс. Да и другие защитные артефакты в моей спальне есть. Я ведь еще в юности понял, что барон Блад — это не человек, а вампир, и всю свою жизнь я защищался от вас. Я даже дружить с тобой начал только из желания понять, как лучше защититься от вампиров. И только потом привязался и по-настоящему подружился. Ты мне и правда нравишься, Алекс, и я горд, что дружил с тобой.

— Надо же! А мы всегда думали, это у тебя такое маленькое помутнение рассудка. А ты оказывается знал, что у тебя под боком живут кровопийцы, и надежно защищался от них, — Александр покачал головой, — Но поспешу тебя разочаровать.

Поднявшись на ноги, вампир снял с руки перчатку и, подойдя к стене, приложил ладонь к серебряной пластине. Когда хозяева осознали, что корчиться в муках их гость не планирует, оба Гуяна заметно взволновались. И если старик хорошо держал себя в руках и было видно, что он просто обдумывает новые данные, то наследник взялся за эфес меча и активировал защитный артефакт, переведя его на боевой режим.

— Какая-то хитрая защита? — сделал предположение герцог.

— Нет. Просто серебро мне не опасно.

— Вы пришли из Валерии. Архимаг Злат сделал тебя другим? Тебя обратили иначе?

— Мы пришли из другого мира, старик. И, Герхард, перестань нервировать меня! Убери руку с меча и выключи артефакт. В бою против меня это тебе не поможет.

— Как, из другого мира? — прошептал пораженный Гуян, который казалось вообще не услышал предупреждение, направленное в адрес его сына.

Пришлось садиться и обстоятельно рассказывать старому другу историю появления в этом мире вампиров, вурдалаков и упырей, ну и заодно посвящать его в некоторые другие подробности. Например в то, что судя по всему, закинула их в этот мир лично Мур.

— Вот так и живем! — закончил свой рассказ Александр и отметил, что оба мужчины вообще не шевелились по ходу его повествования, и только их моргание выдавало, что это не статуи, — Но поясни мне, старик, зачем ты меня сюда позвал? Если ты всю жизнь знал, что я вампир, почему прямой вопрос решился задать только сейчас?

— Я уже говорил. Смерть, Алекс, — герцог закрыл глаза, — Я боюсь умирать.

— Все боятся.

— Но не у всех есть сосед вампир.

— Хочешь, чтобы я обратил тебя?

— Да! — яростно произнес старик, — Я был готов умереть и попасть в объятия Демура. Я подготовился к смерти еще несколько лет назад. Но я все еще жив! И сейчас мне страшно. Я не хочу бросать сына, я не хочу оставлять внуков! Обрати меня! Я хочу жить!

— Ха. Обратить я могу, — Александр подошел к постели герцога и заглянул ему в глаза, — Но гарантировать жизнь — нет.

— Я слишком стар?

— Нет! Твое тело должно выдержать и в упыря ты скорее всего не превратишься.