Довольно быстро они перегруппировались. Гастаты потеряли троих, но на поле остались лежать двенадцать галлов, мертвых или получивших тяжелые ранения. Очень скоро им предстояло отправиться в подземный мир. Возбужденные успехом легионеры улыбались и хвастались своими подвигами, благодарили любимых богов. Квинт гордился тем, как сражался. Он отыскал взглядом галла, которому нанес удар в спину, и с облегчением увидел, что тот перестал двигаться. Огромный воин, которого он ранил в ногу, занял место в рядах других галлов. Квинт сделал непристойный жест; его противник ответил тем же, но с куда меньшим пылом, и Квинт почувствовал уверенность.

– В следующий раз я его прикончу.

– Кого? – спросил Урс.

– Большого ублюдка, который был с вождем. Сейчас я сумел его только ранить.

– Ты полон боевого пыла? – Урс стукнул краем своего щита по щиту Квинта.

– Я рад, что нам удалось их отбросить.

– И мы это сделаем еще раз, – вмешался Коракс и одобрительно кивнул Квинту. – Благодарю за то, что ты ранил вождя. Именно после этого они побежали.

Юноша довольно ухмыльнулся.

– Я лишь сделал свою работу, командир.

– Ну, так продолжай… – Коракс хотел сказать что-то еще, но тут он заметил кого-то за плечом Квинта и вытянулся. – Командир!

– Вольно, центурион, – раздался голос. – Не нужно мне салютовать. Пока я не хочу, чтобы враг меня заметил.

Квинт повернулся и перехватил полный ненависти взгляд Мацерио. Однако он не стал обращать на него внимания – юношу поразил офицер в красном плаще, который шел вдоль рядов легионеров. Это был проконсул Сервилий Гемин, который командовал всем центром. Чуть сзади него стояли два десятка ветеранов-триариев.

– Командир! – негромко сказал Квинт.

Урс и остальные эхом повторили приветствие.

Сервилий улыбнулся, проходя мимо.

– Ты – центурион…

– Коракс, центурион гастатов первого легиона Лонга.

– Каково положение здесь?

Коракс объяснил. Сервилий довольно кивнул.

– Я искал место, подходящее для массированного наступления. Две манипулы слева от вас тоже хорошо сражались. Если вы объедините усилия, мы сможем двинуться вперед на всем участке. Один мощный удар – и галлы побегут. Как ты думаешь, твои солдаты готовы к бою?

– Конечно, командир! – прорычал Коракс.

– Тогда вперед. Я возвращаюсь к тому месту, которое станет центром наступления. Это манипула, расположенная слева от вас. Когда я окажусь там, то подам вам сигнал.

– Очень хорошо, командир. – По губам Коракса пробежала алчная улыбка. Как только Сервилий ушел, он повернулся к гастатам. – Вы слышали, что сказал проконсул. До сих пор вы сражались храбро, парни, но это наш шанс! Никто не забудет солдат, заставивших бежать гуггов в Каннах. Мы начнем атаку, которая поможет нам одержать окончательную победу над Ганнибалом!

– Мы с тобой, командир, – сказал Квинт.

– Все до единого, – добавил Урс.

Остальные одобрительно загудели, и Коракс удовлетворенно кивнул.

– В таком случае, ждем сигнала Сервилия. И пусть по его команде разверзнется Гадес!

«Мы раздавим галлов», – подумал Квинт. После чего карфагенянам придет конец, он в этом не сомневался. Юноша молился, чтобы его отец и Калатин столь же успешно сражались на правом фланге, а если Гай здесь, то пусть у него все будет хорошо на левом. Вражескую кавалерию необходимо сдержать.

И до тех пор, пока конница будет справляться со своей задачей, пехота сделает остальное.