– Вам многое пришлось пережить с тех пор, как вы уплыли из Карфагена, чтобы присоединиться к Ганнибалу в Иберии, – сказал он. – Вы с боями добрались до самой Италии! – Ливийцы ответили яростными криками одобрения, а Ганнон медленно зашагал вдоль первого ряда, постукивая кончиком меча по краям их щитов. – Из Карфагена в Иберию и Галлию, а оттуда в Италию! Мы не потерпели ни единого поражения! Нам нужно гордиться собой! – Солдаты застучали по щитам. В их глазах загорелась жажда битвы, они были полны решимости победить. – Сегодня вы нужны Ганнибалу, как никогда! – Ганнон уже прошел вдоль половины первой шеренги, и теперь вся фаланга могла его слышать. Он повернулся и сделал драматический жест мечом. Галлы и иберийцы побежали и смешали ряды. – Ублюдки римляне могут появиться здесь в любой момент. Что мы с ними сделаем?

– Убьем засранцев! – крикнул Мутт. Ганнон никогда не видел, чтобы его помощник выказывал столько чувств.

Он стоял на правом дальнем краю фаланги, который граничил с соседями.

– УБЬЕМ! УБЬЕМ! УБЬЕМ! – скандировали солдаты, ударяя по щитам рукоятями мечей.

Ливийцы соседней фаланги тут же подхватили их крик:

– УБЬЕМ! УБЬЕМ!

Вскоре скандировали уже несколько фаланг, перекрывая отчаянные крики отступавших галлов.

Удовлетворенный Ганнон занял свое место в передней шеренге.

Музыканты Куттина заиграли наступление.

С отчаянно бьющимся сердцем карфагенянин засунул меч под левую подмышку и в последний раз вытер правую руку о тунику. Потом он проделал то же самое с левой ладонью.

– ВПЕРЕД, ШАГОМ! ДЕРЖИТЕ СТРОЙ! ПЕРЕДАЙТЕ ПО РЯДАМ.

Ганнон знал, что Мутт позаботится о том, чтобы держать нужное расстояние с соседней фалангой.

Они прошли двадцать шагов, когда Ганнон заметил первого легионера. В пятидесяти шагах впереди римлянин преследовал иберийца, отбросившего щит. Клинок легионера описал дугу и рассек плоть иберийца от плеча до пояса. Брызнула кровь; с пронзительным криком раненый воин упал на землю. Легионер даже не замедлил шага. Он побежал дальше, наступив на поверженное тело и не замечая фаланг ливийцев. Как и дюжина с лишним его товарищей, наступавших вслед за ним. Ганнона охватило возбуждение. «Мы похожи на них», – подумал он, уверенный в том, что Ганнибал учел даже такую незначительную деталь.

Неожиданный сигнал остановиться застал его врасплох, но Ганнон его выполнил.

– СТОЯТЬ! Не двигаться! – рявкнул он.

– Почему, командир? – спросил солдат слева от Ганнона. – Они же совсем рядом!

– Мы постараемся пропустить как можно больше этих псов, чтобы заманить их в ловушку, – внезапно сообразил юноша.

Солдат оскалил зубы.

– О, да, я понимаю, командир. Хороший план.

– А теперь молчите. Никакого шума и криков. Передай по рядам.

С ухмылкой солдат передал приказ товарищам. Ганнон отдал такое же указание солдату справа. Они стояли, побелевшими пальцами сжимая оружие, скрываясь на открытой местности от римлян. Постепенно число отступающих карфагенян уменьшилось, и под быстрые удары сердца Ганнона появились десятки и десятки легионеров. Вскоре он насчитал сотни вражеских солдат. А потом и вовсе потерял счет. Они выкрикивали оскорбления, их всячески поддерживали офицеры.