Уорик насмешливо хмыкнул, уже собираясь как-то ответить на это замечание, но остановился, когда я кинула на него сердитый взгляд.

– Йэн был шпионом, как и ты. Просто работал на того, на кого бы мы никогда не подумали. – Я поднялась, не в силах больше сидеть спокойно. – На премьер-министра Леона.

– Что? – Элиза в недоумении покачала головой. – Он работал на лидера людей? Почему на чешского премьера?

– Потому что он сын Сони. Одной из фрейлин старой Светлой королевы. – Уорик посмотрел на сестру знающим взглядом.

– Соня? – Элиза открыла рот. – Та невыносимая сучка, которая обслуживала Леона?

Зандер застонал и потер руками лицо:

– Они хотят посадить ее на место Киллиана.

– Ага. – Я прислонилась к каминной полке. – Это прикрытие, чтобы обмануть фейри, в то время как Иштван и Леон захватят больше контроля и, в итоге, свергнут нынешнюю власть.

– По сути, мы движемся к очередному геноциду фейри. – Элиза оперлась локтями в колени, потирая лицо. – Я не понимаю таких, как Соня, готовых причинить боль себе подобным. Ради чего?

– Ради денег и власти. – Я пожала плечами. – К сожалению, судя по словам ее другого сына, Лукаса, она всегда была такой. Она пойдет по головам, чтобы добиться своей цели. Но мне кажется, Соня думает, что она только выиграет от всего этого. Я прямо-таки вижу, как она обернется против Леона и Иштвана сразу, когда займет место Киллиана.

– Похоже на нее. – Элиза нахмурилась. – Мы наслышаны о ней. Она происходит из древнего благородного рода Потустороннего мира – одной из тех, кто считает себя законными наследниками власти. А теперь ее связь с Леоном имеет смысл.

– Если она считает, что это, в конце концов, приведет ее к желаемому, то для нее нет никаких рамок, как и у Иштвана.

– Однако наша первоочередная задача – вытащить всех из Верхазы. Каждый день, что мы медлим, может стоить нам друзей. Их замучат или заморят голодом до смерти. Скажем так, Халалхаз, в отличие от Верхазы, кажется менее ужасным.

– Серьезно? – Зандер побледнел, встретившись со мной взглядом. На мгновение мы вспомнили те моменты, проведенные вместе в изоляторе перед тем, как меня заставили участвовать в Играх. Его поддержку, ужас, который я испытывала; страх, что я не вернусь с арены.

– Иштван превратил это место в фабрику по производству пуль для фейри и пошиву униформы. Все готовится к захвату Венгрии. Но он не остановится на этом. Он возьмет под контроль весь Восточный блок, а если выяснит, как использовать мою кровь, или заполучит в свои руки нектар, то примется и за Объединенные Нации.

– И, дай угадаю, у него есть твоя кровь. – Элиза вздохнула, откинувшись на спинку дивана.

– Да, – кивнула я. – Мы, конечно, немного отбросили его эксперименты назад, когда я взорвала лабораторию и мы сбежали из этой адской дыры. Но, гарантирую, у него осталась моя кровь.

– Взорвала? – оживился Тэд. – Что ты имеешь в виду?

Я колебалась.

Уорик выгнул бровь, глядя на меня.

– Ты собираешься рассказать ему, Ковач?

– Я иногда расстраиваюсь, и, ну, не знаю… сила порой просто вырывается из меня. Она уничтожила всю лабораторию. И убила десятки людей, которые были в резервуарах.

– Это случилось впервые? – Тэд настороженно посмотрел на меня.

– Нет. – Я уставилась на одолженные мне Гавелом ботинки, которые были на пару размеров больше. – Я также убила кучу диких животных своей магией, когда мы сражались на арене.

Брови Тэда поползли вверх.

– Вот почему нам надо немедленно вытащить всех из Верхазы. – Я резко сменила тему, не желая вдаваться в подробности.