Рука Николь дрожала, когда она потянулась к ней.

— Услышав это, я подумала… я предположила…

— Я бы подумала о том же.

Становилось все сложнее верить, что близкие им люди выжили. Кейтлин до сих пор сохраняла надежду, но…

— А что Скотт? — спросила Кейтлин. — Ты говорила с ними до того, как все…?

Николь кивнула.

— Я позвонила ему, пока мы садились в автобус. Связь была не очень хорошей, но… Он сказал, что с ним все в порядке. Они ждали, когда их впустят в лагерь Ковчег.

— Ты знаешь, в какой именно?

— Он не сказал. Позднее я слышала, что Северо-Восточный Ковчег довольно быстро оказался переполнен… за неделю.

Желудок Кейтлин совершил кульбит.

— Переполнен…

— Ходили слухи, что нельзя даже перейти границу Калифорнии. Там все оцепили.

Она уставилась на свои руки.

— Я пыталась вернуться в Нью-Йорк, — прошептала она. — Я думала… Я хотела попытаться найти…

Друзей. Семью. Нечто знакомое.

Николь нежно сжала ее запястье.

— Думаю, Нью-Йорка больше нет, Кейтлин.

Слезы покатились с ее ресниц. Моргнув, она шмыгнула носом.

— Да… Я мыслила слишком оптимистично, да?

— Думаю, если этот мир и нуждается в чем-то, то это оптимизм.

Закрыв дверцу джипа, Букер подошел к ним.

— Прости, но костер развести нельзя, — сказал он Николь. — Свет…

— Привлекает их, — сказала она, понимая. — Все хорошо. Мне хорошо.

— У тебя достаточно еды?

Николь кивнула.

— Да, спасибо. Вам необязательно было…

— Нее, ты одна из близких Кей, — сказал он, кивнув в ее сторону. — Значит, ты вольна пользоваться всем, что у нас есть.

Будничная доброта его слов тронула Николь, и она поджала губы в тонкую линию, чтобы не расплакаться.

— Знаете, когда… когда я села в автобус, чтобы уехать из Атланты, я думала… Люди будут заботиться друг о друге. Все это такое масштабное, такое страшное… Человечность возьмет верх. Может, не по численности, но по духу, — голос Николь дрогнул, пока она говорила. — Но я очень быстро осознала, что это не так.

Кейтлин смотрела на нее в голубовато-сером свете сумерек.

— В ту неделю?

— В тот же час, — поправила Николь. — Мы только что выехали за пределы города… Я подумала, что колесо угодило в выбоину. Колесо автобуса лопнуло и… — ее взгляд сделался отрешенным, она с трудом подбирала слова. — Как только мы остановились, тогда-то и… Началось со всех сторон.

— Что именно?

— Пули, — ее голос казался пустым. — Пулеметные очереди. Они были такими громкими… и всюду сыпалось стекло. Я почувствовала, как что-то брызнуло мне в лицо, и я еще подумала, что у меня же не было напитка в руках… А потом я осознала, что это кровь.

Букер опустил голову, мучительно зажмурившись. Кейтлин хотела потянуться к нему, но Николь сильнее нуждалась в утешении.

— Мне каким-то чудом удалось отделаться ранением в руку, — продолжала Николь. — А потом… когда они вошли в автобус, чтобы убедиться наверняка… — слезы покатились по ее щеках, прочерчивая дорожки на слегка грязном лице. — Я выжила лишь потому, что спряталась под мертвой женщиной.

Она зажала рот рукой, испытывая отвращение из-за собственного признания.