— Возможно, сейчас она даже рада отдохнуть от твоей тети.

— Sem duvida!

Они улыбнулись друг другу, не скрывая удовольствия от этих мгновений наедине. День был солнечным, но не изнуряюще-жарким, небо сияло прозрачной голубизной, а Эдуардо, в легком бежевом костюме и белой рубашке со свободным воротничком, казался Кэтрин прекраснейшим из мужчин, воплощением мечтаний. Он бросил на нее долгий взгляд, и его точеное лицо залилось краской, когда он уловил выражение ее глаз.

— Не смотри на меня так, — сдавленно произнес он.

Кэтрин вопросительно приподняла брови.

— Потому что, — пробормотал он, вцепившись в руль, — если ты не прекратишь, я нажму на тормоза и займусь с тобой любовью сейчас же, здесь, на глазах у всех.

— Не получится, — усмехнулась она.

— Почему? — встрепенулся он.

— Слишком большое движение. Можно попасть в аварию.

Его лицо омрачилось.

— Боже сохрани! — Он еще раз покосился на нее прищуренными глазами. — А я было подумал, что ты вообще не хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью.

— Правда? Ты так подумал? Он глубоко вздохнул.

— У всех любовников такие сомнения.

— Ты не любовник мне.

— А кто я?

Кэтрин молчала. Кто ей Эдуардо Барросо? Но одно очевидно. Какое бы определение она ни нашла, жизнь ее, когда она вернется в Англию, будет без него ужасающе одинокой. Но незачем думать об этом. Во всяком случае, пока она здесь.

— Ну? — настаивал он. — Ты мне не ответила.

— Нет, Эдуардо, и не собираюсь.

— Ты понимаешь, что мы, скорей всего, больше не сможем побыть сегодня наедине?

— Наверное, это даже к лучшему.

— Тебе не нравится мое общество?

— Ты прекрасно знаешь, что нравится! Даже слишком. Честно говоря, мне бы хотелось ехать вот так, вместе, до бесконечности, — призналась она.

— Тогда останься после свадьбы! — настаивал он. — Мы сможем ездить вместе столько, сколько захотим, — и я даже обещаю больше не целовать тебя, если ты именно этого боишься.

— Ох, Эдуардо, я этого вовсе не боюсь. В том-то все и дело. — Кэтрин протяжно вздохнула. — И все равно то, что происходит между нами, пугает меня. Я никогда такого не испытывала. Я никогда даже не предполагала… — Голос у нее сорвался.

— Я тоже. — Он протянул руку и до боли стиснул ее ладонь. — И при всем при том ты хочешь сбежать от меня!

— Нет, не хочу, Эдуардо, но все равно уеду домой. — Она решительно сменила тему и заговорила о погоде, об окрестностях, о свадьбе — лишь бы они оба спустились с небес на землю.

Какое-то время Эдуардо отвечал мрачно и односложно, но постепенно отошел и изредка даже улыбался — так тепло и так интимно, что Кэтрин была и рада, и разочарована одновременно, когда они добрались до аэропорта. Продлевая удовольствие от их поездки, Эдуардо вел машину очень медленно, и теперь им пришлось опрометью мчаться к зданию таможни. Эдуардо тут же увидел свою тетю, уверенно прокладывающую себе путь сквозь толпу. Следом за ней носильщик катил тележку с багажом. Эдуардо схватил Кэтрин за руку и поспешил навстречу сухопарой даме, которая держалась до неестественности прямо и выглядела такой неотвратимо английской в своем безукоризненном костюме и мягкой шляпке, со светлым пальто, перекинутым через одну руку, и сумочкой крокодиловой кожи, уверенно покачивающейся на другой.