До этого Флэндри дал ему кое-какие наставления.

Вначале разговор между человеком и дидонианином был невозможен. Новая личность враждовала сама с собой, пленный рука изливал ненависть и страх всего своего племени на ногу и криппо, которые питали отвращение к объединению с ним. И кроме того, языки, обычаи, цели, смысловые узоры мысли, все мировоззрение были противоположны и очень редко совпадали.

Образованное по принуждению, создание угрюмо продвигалось вперед, иногда сердитое, замкнутое, иногда ошеломленное, всегда нацеленное на то, чтобы лягнуть или ткнуть рогом, ударить крылом или рукой при внезапной вспышке бешенства.

Дважды Флэндри приходилось драться, однажды рог ноги прошел мимо него всего в нескольких сантиметрах.

Но он был настойчив. Настойчивы были и двое животных, которые раньше входили в состав Открывателя Пещер. А этот нога уже имел опыт общения с представителями чужих племен, двое из которых ежегодно присоединялись к нему, чтобы образовать Вязальщика Плотов.

Флэндри пытался представить, на что может быть похожа сложившаяся ситуация, но не мог.

Шизофрения?

Изнурительный, мучительный конфликт противоположных намерений, сродни его собственному конфликту, касающемуся Кэтрин Маккормак, — против земной Империи?

Он сомневался в этом. Существо, которое стояло перед ним, было слишком чужеродным.

Он старался как-то направить процесс сращивания, соединения существ в хише, сначала с помощью жестов, поступков, личного примера, потом словесным убеждением. Как только нервная система руки освободилась от ожидания близких мучений или смерти, сцепление всех трех организмов стало естественным.

За этим последовало создание языка.

Часть словарного запаса из языка объединения Гремящего Камня исчезла после гибели руки Открывателя Пещер. Но некоторые слова все-таки остались, и еще больше слов появилось, когда на некоторое время криппо был заменен другой рукой.

Дикое существо яростно возражало — выяснилось, что его культура рассматривала образование из трех членов, но двух разных пород, как извращения — но у него не было в данном случае никакого выбора.

Сцепление нейронов, так же как и кровяных сосудов, происходило автоматически сразу после того, как щупальца соединялись.

Флэндри напрягал все свое лингвистическое умение, чтобы проводить с существами хиша устные упражнения. После того как обучение стало научно обоснованным, врожденное умение дидониан приспосабливаться дало быстрые результаты.

К тому времени, когда путешественники преодолели сложные участки местности и были уже на западном склоне гор, Флэндри мог вести разговор с тем новым существом, которое он создал.

Казалось, что создание не очень довольно тем, что стало хишем.

Имя, которым хиш себя назвал больше в результате многократного повторения, чем по свободному выбору, было похоже на звук, который Кэтрин перевела как «Горе».

У нее было мало общего с этим хишем из-за ее эмоционального беспокойства и усталости.

Это устраивало Флэндри.

Разговаривая с Горем наедине, если не считать стражника, который не понимал, что они бормотали, он мог с помощью частичной амнезии и подавленного гнева настроить этого дидонианина как угодно.

— Ты должен служить мне, — повторял он снова и снова. — Не исключено, что нам придется вступить в сражение, и ты можешь понадобиться вместо того хиша, которого больше нет. Не доверяй и не подчиняйся никому, кроме меня. Я один могу освободить тебя в конце нашего пути и впридачу дать хорошее вознаграждение обоим твоим объединениям. Кроме того, запомни, что и у меня есть враги среди тех, кто идет вместе со мной.