— Семьдесят на тридцать.

— Пятьдесят на пятьдесят.

— Шестьдесят пять — тридцать пять, и ни долларом меньше, иначе я вообще никуда не поеду, — проявила неожиданную твердость Вилма. — И тогда на твоей совести будет моя депрессия, которая в городе немедленно разовьется, в то время как мы обе могли бы развлекаться на лайнере, путешествуя на Гавайи.

Она припарковала машину около магазина и вышла.

— Пошли искать тебе подходящие случаю наряды.

Бриджит ничего не оставалось, как подчиниться и последовать за воинственно настроенной кузиной. Продавщицы как по команде выстроились перед ними, во все глаза уставившись на Вилму. Здесь она была звезда, и, сознавая это, Вилма величественно начала выбирать туалеты, которые должна была примерить Бриджит. Их обслужили по высшему разряду.

— Почему ты ничего не купила себе? — спросила Бриджит, когда они, нагруженные пакетами и свертками, шли к машине.

— Потому что я накупила себе столько шмоток, что моя гардеробная еле вмещает все это великолепие. К тому же я собираюсь потратить денежки на лайнере, где наверняка найдется пара магазинчиков, которые привлекут мое внимание.

— Я слышала только про казино, — хмыкнула Бриджит.

— Тоже дело, — усмехнулась Вилма. — Будет где подцепить богатенького кавалера.

— Ты в своем репертуаре, — улыбнулась Бриджит.

— Только это и помогает мне быть в тонусе, — вздохнула Вилма.

Дункан вышел из туристического агентства. Он был доволен: удалось снять шикарный гранд-сьют с балконом, а значит, ему предстояло вполне приятное океанское путешествие, где он сможет прекрасно провести время, не расставаясь со своим ноутбуком.

Телефон опять зазвонил. Чертыхнувшись, Дункан нажал кнопку соединения. Ему было все равно, кто это. Даже если бы это оказалась Марго, это не испортило бы ему настроения, потому что предвкушение поездки, которую он запланировал, было в сто раз сильнее, чем какой-то досадный телефонный разговор.

Но это был один из его деловых партнеров, с которым Дункан собирался заключить очередной контракт. Договорившись, что они встретятся послезавтра в его офисе, Дункан отключился. До круиза оставалась пара дней, и он поспешил на работу.

Иногда ему тоскливо было возвращаться в свой дом, расположенный на берегу океана. Его встречал лишь огромный золотистый ретривер, выскакивающий из своей не менее шикарной, чем дом его хозяина, будки и несущийся сломя голову наперерез машине, въезжающей в поместье. Дункан каждый раз ловил себя на мысли, что надо быть осторожнее, чтобы не наехать на любимого питомца по кличке Киллер.

Он не помнил, почему так назвал пса. Возможно, в тот момент это показалось ему забавным. Но как бы то ни было, а Киллер вырос одной из самых дружелюбных собак в мире.

Вот и сегодня, едва автомобиль остановился, как Киллер запрыгнул на пассажирское сиденье и тут же лизнул не успевшего увернуться хозяина в щеку.

— Ты как всегда, — пробурчал Дункан, но было видно, что он доволен. — И как я только додумался назвать тебя Киллером? Ты запросто обесценишь это слово.

Пес весело смотрел на него, виляя хвостом и ожидая, когда Дункан выйдет из машины и отправится с ним на пляж, что он часто делал, когда приезжал с работы.

— Увы, друг мой, — развел руками Дункан, — сегодня прогулка отменяется. Мне нужно работать. Я скоро уезжаю, и надо успеть доделать кое-что.

Киллер склонил голову набок, в глазах его проскользнула грусть, и Дункан в который раз с удивлением отметил, что пес понимает все, что он говорит.

— Да, — вздохнул он, — нам придется ненадолго расстаться.