При первой же представившейся возможности Бриджит извинилась и покинула компанию. Смотреть на Дункана и Марго становилось все тяжелее и тяжелее, несмотря на то что все остальные не обращали на их воркование никакого внимания.

Вечер был чудесным, и Бриджит не собиралась сидеть в четырех стенах. Она зашла в свою комнату, взяла свой кардиган и вернулась в сад.

Не без усмешки Бриджит подумала, что прогулки в одиночестве начинали входить у нее в привычку. Что ж, так даже лучше. Она ни от кого не зависит и всегда сможет одна справиться со всеми трудностями, которые только могут возникнуть у нее на пути.

Хотя, если подумать, вряд ли произойдет что-нибудь экстраординарное. Во всяком случае, на данный момент проблемы были только из-за Дункана. И правильнее всего было бы удрать с этой виллы, подальше от ее хозяина, настолько далеко, насколько это вообще возможно.

Впереди послышались голоса, и Бриджит едва успела спрятаться за деревом, чтобы остаться незамеченной.

На дорожке показались Дункан и Марго. Они мирно беседовали. Но, как будто специально, когда оказались напротив Бриджит, Марго остановилась и преградила Дункану путь.

Бриджит затаила дыхание, наблюдая за ними.

Марго привстала на цыпочки и прильнула к губам Дункана. И он… он… ничего не сделал!

Бриджит зажмурилась. Она не могла этого видеть! Слишком больно сознавать, что мужчина, которого она умудрилась полюбить, несмотря на собственную осторожность, отметая все разумные доводы, оказался не кем иным, как обыкновенным бонвиваном, со свойственной ему тягой к продолжению списка своих побед.

До нее долетел бархатистый голос Марго:

— Как же я люблю тебя, милый! — проворковала черноволосая красавица.

Бриджит вздрогнула, она не могла больше этого выносить. Эта сцена оказалась последней каплей, переполнившей чашу ее терпения.

Бриджит бросилась прочь. Слезы застилали ей глаза, но ноги сами несли ее к дому. Туда, только туда. Закрыться в своей комнате и плакать навзрыд, потому что лишь так она сможет выплеснуть наружу всю ту горечь разочарования, которая переполняла ее.

С запоздалым раскаянием Бриджит осознала, что Марго и Дункан наверняка догадались, что кто-то подсматривал за ними. Но все же Бриджит надеялась, что в темноте они не узнали и ее инкогнито не будет раскрыто.

Слава богу, ей никто не встретился, пока она поднималась по лестнице, поэтому никто не увидел ее скаженное страданиями лицо, никто не остановил ее, не задал кучу ненужных сейчас вопросов.

Она ворвалась в свою комнату, заперла дверь на ключ и только тогда почувствовала себя в безопасности. Повалившись на кровать и уткнувшись лицом в подушку, Бриджит дала волю слезам и могла только надеяться, что Вилма отправилась перед сном прогуляться и не услышит этот душераздирающий вой.

Бриджит не знала, сколько времени оплакивала свою несбывшуюся мечту. Но постепенно ее рыдания начали утихать, уступив место редким всхлипываниям.

Кто-то осторожно постучал в дверь.

— Кто там? — Бриджит постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно и ровно.

— Бриджит, ты у себя?

Дункан! Неужели ему мало было насмеяться над ее чувствами?! Он что же, еще решил лично убедиться, что она полностью раздавлена?!

Ну уж нет. Она не доставит ему такого удовольствия.

Бриджит судорожно вздохнула и села на кровати, обхватив руками согнутые в коленях ноги.

— Уходи, Дункан!

— Открой дверь, я хочу с тобой поговорить.

Еще чего!

— Я уже ложусь спать и не расположена вести беседы с кем бы то ни было.

А тем более с тобой!

— Бриджит, хватит валять дурака. — Он все еще топтался под дверью. — Нам обоим надо кое-что выяснить.

— Ничего нам не надо выяснять! — Неожиданно она поняла, как следует поступить.