Своим прохладным тоном я хотел показать: если хочешь, чтобы я бросил тебе спасательный круг, кончай ерничать. Она приняла нормальную позу и скромно сказала:

— Да, сделайте, что сможете.

Я назвал ей небольшой банк, с которым наша фирма время от времени сотрудничала. Разумеется, они потребуют какие-то гарантии («Ваша квартира, к примеру»), но, возможно, поддадутся на уговоры и выдадут ей какой-то кредит до того времени, как она получит деньги за следующую четверть года.

— Это означает, — сказал я, — что следующие три месяца вам придется жить очень скромно. И я должен вас предупредить… если вы не выплатите этот долг, нашей фирме будет затруднительно рекомендовать вас какой-нибудь другой финансовой организации, если вдруг вы снова окажетесь в затруднительном положении.

— Сколько времени нужно, чтобы узнать, не придется ли мне морозить свою задницу на улице?

— Я позвоню в банк сразу же после окончания нашей беседы. К середине дня они примут решение.

Я встал, давая понять, что беседа окончена.

— От меня теперь требуется спасибо, верно? — спросила она.

— Это как вы сами решите, миссис Боулс…

Она направилась к двери, затем повернулась и с ухмылкой оглядела меня:

— Знаете что… Уверена, что ваша маленькая женушка смотрит на вас каждую ночь и думает: «Как же мне повезло».

Я почувствовал, как правая рука сжимается в кулак. Я тут же спрятал ее за спину.

— Всего доброго, миссис Боулс. Моя секретарша позвонит вам, как только мы получим ответ.

Она повернулась на каблуках и вышла. Я было потянулся к телефону, но остановил себя. Нет, не делай этого. И не тянись за бутылкой. Просто сегодня плохой день, вот и все. Очень, очень плохой день.

Я сел в кресло за письменным столом. Успокоившись, нажал кнопку интеркома:

— Эстелл…

— Вы живы-здоровы после этой встречи, мистер Брэдфорд?

— Все проще пареной репы. Но тем не менее, когда миссис Боулс позвонит, скажи ей, что банк отказался дать ей деньги… но что я ищу другие возможности. И если она страстно захочет поговорить со мной, скажи, что я уехал по делу и до меня нельзя будет добраться до середины следующей недели.

— А если она пожелает поговорить с мистером Майлом…

— Не беспокой Джека по этому вопросу. У него сейчас забот выше головы.

— Что-нибудь еще, мистер Брэдфорд?

— Моя жена…

Через три минуты она по интеркому сообщила мне то, в чем я, собственно, не сомневался:

— Простите, мистер Брэдфорд. Никто не отвечает…

Я внезапно решил уйти из офиса. Схватил свой кейс, пальто и направился к двери. Эстелл удивленно воззрилась на меня.

— Я погано себя чувствую, — заявил я. — Решил на этом закончить.

— Может быть, нужен доктор или еще что-нибудь? — с беспокойством спросила она.

— Нет, мне бы только в койку. Что-то вроде желудочного гриппа. Сутки, и я буду в порядке. Нет ведь ничего срочного?

— Ничего такого, что не может подождать до понедельника.

— Отлично. И если позвонит моя жена… — Эстелл выжидающе смотрела на меня, — просто скажи, что я вышел. Хочу устроить ей сюрприз дома.

Я видел, что Эстелл с трудом старается удержать ползущие кверху брови.

— Как скажете, мистер Брэдфорд. Мне вызвать машину, чтобы отвезти вас на Центральный вокзал?

— Быстрее поймать внизу такси, — отказался я.

— Выздоравливайте, мистер Брэдфорд.