— Что ты здесь делаешь? — Бет выглядела удивленной и немного обеспокоенной, застав меня в такое неурочное время дома.

Я снял наушники.

— Приболел, ушел домой, — ответил я, переводя дыхание.

Она скептически оглядела меня:

— Приболел? В самом деле?

— Что-то вроде желудочного гриппа. Почувствовал себя плохо в офисе.

— Тогда что ты делаешь на тренажере?

— Когда я сошел с поезда, все уже прошло.

Мои слова звучали малоубедительно. Она опустила глаза вниз и увидела мой мятый костюм от «Брукс Бразерз».

— Похоже, ты чертовски торопился к тренажеру.

— Все еще переживал по поводу новостей о Джеке, вот и все, — соврал я. — Вот и отыгрался на костюме.

— Я только что принесла его из чистки, — заметила она, поднимая костюм. — Выкинутые на ветер двенадцать долларов.

— Еще одна чистка нас не разорит, — заметил я. — Ну, ты это сделала?

— Что сделала? — Она выглядела встревоженной.

— Купила диван Эмерсона?

— А… ты об этом. — Она явно почувствовала облегчение. — Решила отказаться. Слишком дорого.

— Мы можем позволить себе двадцать две сотни.

— Четырнадцать пятьдесят.

Упс!

— Ну, мы определенно можем заплатить четырнадцать сотен пятьдесят, — сказал я. — Деньги не должны были тебя останавливать.

— Я просто старалась быть разумнее.

Бет и разумная трата денег? И солнце вращается вокруг земли.

— Значит, ты так и не ездила в Уэстпорт? — спросил я, пытаясь изобразить полное отсутствие заинтересованности.

— Мне не хотелось садиться за руль, вот я и отправилась в Стэмфорд, побродила по пассажу.

— Купила что-нибудь симпатичное?

— Нет, просто глазела…

Чушь собачья. Бет никогда не ходила в пассаж, чтобы просто поглазеть. Теперь пришла ее очередь смущаться. Она явно гадала, понимаю ли я, что она лжет.

— Но я забрала заказанную семгу, — сказала она. — И купила бутылку этого изумительного вина из Новой Зеландии, совиньон блан «Туманная бухта».

— Где ты о нем узнала?

— Герб из винного магазина пел этому вину дифирамбы.

— Герб, как правило, знает, о чем он говорит, — заметил я. — Жду, когда можно будет попробовать.

Неловкое молчание было прервано звуком открываемой входной двери, ревом Джоша и голосом Фионы:

— Побудь здесь, слышишь?

И крик Адама в ответ:

— Я же смотрю «Улица Сезам», ты что, забыла?

— Эй, парень! — крикнул я с лестницы.

— Папа? — закричал в ответ Адам голосом, полным детского восторга.

Когда он скатился по лестнице, я нагнулся, чтобы поймать его в объятия. Затем поднял вверх.

— Ты мне подарок принес? — спросил он.

Мы с Бет переглянулись и улыбнулись. Адам готов был получать подарки ежеминутно.

— Я принес тебе себя, — ответил я.

— Никаких подарков?

Я засмеялся:

— Может быть, подарок будет завтра.