Лиза мысленно присвистнула.

– А по внешнему виду не скажешь, что живет в большом достатке. Скромный перстенек и тонкая цепочка.

– Перстенек с бриллиантом в два карата. Часы от Картье. Одни очки стоят две тысячи долларов.

– Не верю! – подначила рассказчика Лиза. Луганский Клим аж взвился на дыбы, как будто его самого уличили во лжи.

– Слушай, а не попалась ли ты на ее крючок?

– Какой крючок?

Клим неудержимо хохотал.

– Муж по пьяни выдал кое-какие секреты. Не предлагала ли она тебе стать со временем ее заместителем?

Лиза непроизвольно покраснела, но не знала, отразилось ли это на ее лице.

– Не предлагала.

Теперь она твердо знала, что если принимать, то только предложение Клима. С Семигиной она не хотела иметь никаких дел. Мысленно для себя Лиза уже перешла Рубикон, она приняла решение. Если банк в скором времени лопнет, и она снова окажется на улице, то имеет смысл попробовать выиграть второй утешительный приз. Но спешить с ответом она не стала. У нее в запасе был еще один, последний перед выездом день. Надо сначала хорошо все обдумать. Правда, уже уходя от АСУшников, она небрежно обронила.

– Клим, я завтра дам тебе ответ, не ищи пока никого.

– Уф! – выдохнул тот с облегчением, – давно бы так.

– Мы поизучаем пока! – сказал старик, открывая меню. Официантка отошла, а пожилая чета стала вслух обсуждать ценники. То и дело слышалось.

– Дорого.

– И это дорого.

– Представляешь моего профессорского жалованья не хватает, чтобы угостить тебя приличным обедом.

– А помнишь?

– Может быть возьмем вина и как встарь пойдем ко мне?

– Я посидеть на людях хочу!

Лиза встала из-за стола. Она окончательно приняла решение побороться за квартиру. У нее у самой родная бабушка осталась в деревне и ее надо любыми способами вытаскивать оттуда. Да и самой придется еще побарахтаться в этой жизни, пока нащупаешь крепкую почву под ногами. Рассчитывать на этот банк «Нью-Строй-Банк» не приходилось. Уже из двух авторитетных источников она слышала, что он дышит на ладан. Так что не сегодня – завтра ей придется снова обрадовать дальнюю родню, семейку Шпаков возвращением в их просторные пенаты. То-то обрадуется Серафима Карловна. Когда она услышала, что Лиза работает в банке, то на семейном совете поставила очередную задачу, подыскать ей недорогое и приличное жилье.

– Койку с матросом! – пошутил Ван Ваныч.

– Можно и без матроса, снять у старушки комнату.

Слишком прозрачный намек Лиза поняла. Загостилась племянница на седьмом киселе. На следующее утро, она сразу зашла к Луганскому Климу. Глядя прямо ему в глаза, она спросила:

– Что мне надо будет делать?

– Успокойся. Ничего особенного. Просто во время первого конкурса, когда я буду ловить рыбу, тебе надо будет буквально на несколько секунд отвлечь внимание присутсвующих на палубе. Хочешь в обморок упади, хочешь, выплесни кому-нибудь из стакана в рожу, хочешь в истерике начни биться, но ты должна буквально на пол минуты отвлечь внимание народа. Остальное дело мое и его. – Клим указал на Василия Станового. Тот заговорщически улыбался.

– Рыбу подцепите?

Клим усмехнулся.

– Тебе лучше не знать, чтобы не дай Бог не проговориться. А вот когда начнется разыгрываться второй приз – квартира или вернее ее сертификат, тут тебе самой придется постараться, чтобы обойти на повороте главбуха Семигину.

– Жетоны будут бросать в мешок с двумя отделениями, – сказала Лиза. Клим усмехнулся.