Арию принарядили. Свободное голубое платье, макияж с причёской сразу сделали её старше, и ещё привлекательнее, не без этого. Девушка светилась счастьем. Здесь я, наверное, должен испытать некий трепет от ситуации, что я, как отец, веду девушку на встречу с суженным. Может, даже пустить скупую мужскую слезу по дочерям и сёстрам, которые так быстро взрослеют. К счастью, я был толстокожим мизантропом и оставался глух ко всем этим возвышенно-духовным переживаниям.

Спустившись к сестре и окружавшим её людям, я улыбнулся:

— Отлично выглядишь, сестрёнка.

Может мне всё это и было безразлично, но это не повод портить настроение всем окружающим, особенно виновнице события.

— Ты тоже совсем неплох, братик, — ответила девушка, хитро улыбнувшись.

Но тут же вновь засветилась счастливой улыбкой не в состоянии сдерживать переполняющие её чувства.

— Так, вы оба здесь! — вмешалась в размеренное течение времени Ино, — Нам пора на выход, а вы ещё не готовы!

И эта энергичная женщина взяла нас в оборот. Арию развернули лицом к выходу и проинструктировали, где стоять и как идти. Какой-то не представившийся молодой Минакуро набросился на меня, поставив справа и чуть позади Арии и начал вдалбливать, что я не могу ни на сантиметр отойти с этой позиции. Ино толкнула дверь, и вся процессия двинулась наружу. Нас проводили до дороги и только там отпустили. По деревушке с неожиданно хорошими дорожками и дорогами мы двигались уже втроём. И мы такие красивые и нарядные были вовсе не одни. Где-то по одному, где-то небольшими группами, как наша, а где и целыми делегациями, люди двигались в том же направлении, что и мы. Намечалась какая-то большая вечеринка?

— Это какой-то очень важный приём, да? — спросил, мысленно пересчитывая окружающих.

— Никаких вопросов, — отрезала Ино. — То, что нужно знать, тебе скажут.

Блеск!

Ручейки почтенной публики стягивались к одному из самых больших домов среди виденных мной здесь. Большому во всех смыслах: площадь, на которую он раскинулся, впечатляла. Сначала мы прошли через ворота, попав во внутренний двор этого исполина, в некий сад с небольшим озером. Причём от ворот через сад к главному входу вела отдельная дорожка, отделённая заборчиком от остального участка. И за этим заборчиком через каждые пять метров стояли истуканы — воины в немного архаичных доспехах. Это были живые люди, я заглядывал в открытые шлемы, поставленные, не иначе как для внушения всем приходящим почтения к роду, способному три десятка солдат держать чисто для украшения сада.

Мы же через этот сад шли степенно и нарочито неторопливо, точно соблюдая скорость потока приходящих. При всём этом лицо Арии приобрело выражение одухотворённо восхищённое, и, кажется, она была искренна.

Наконец, спустя вечность, мы дошли до непосредственного входа. Ворота, через которые можно было проехать на слоне, повеселили. Они вывели нас в некий зал, где тусовались порядка трёх или четырёх десятков одарённых. Ино принялась со всеми здороваться и обмениваться какими-то короткими фразами, заодно представляя им Арию. Меня игнорировали, причём, все. Что важно, пёстрая публика в двух случаях из трёх имела родовую символику, выполненную из золота. Здесь прямо цвет нации собрался, лучшие люди королевства.

У меня, правда, возникал вопрос: а если мы так спешили, то какого хрена сейчас тратим время на эти расшаркивания? Но задавать я его не торопился, потому что знал ответ.

Наконец, наверное, когда поздоровались персонально со всей собравшейся толпой, мы подошли к ещё одним слонячим дверям. Два истукана у входа потянули створки, чтобы мы могли пройти. Переход между залами, короткий широкий коридор, где, кто бы мог подумать, нам снова встретились одарённые. Правда, здесь их было всего с десяток, поэтому процедура приветствий не затянулась.