— Магией надо открывать, — предложил старый вояка.

Я кивнул:

— Ага, легко. Сейчас огнём вынесу дверку на раз два. Или сожгу.

Нда, надо срочно искать способы научиться всяким нужным в жизни навыкам. А то вроде бы маг могучий, круче всех, а банальную дверь не пройти.

«Я могу попробовать помочь,» — предложила Астарта.

Правда, уверенности в её голосе было не слишком много.

«Попробуй. От меня что требуется?»

Ответ меня нисколько не удивил.

«Не мешать.»

На грани сознания опять начали появляться какие-то многогранные конструкции. Но, после освоения «Замирающего Ветра», я уже не путал их с заклинаниями. Астарта колдовала иначе, другими методами, другими инструментами создавала конструкты. Не могу сказать, что она делала это интуитивно. Скорее использовала иной язык, но это слишком грубое, слишком поверхностное сравнение. Дело было в самой сути явления.

Для нас энергия из-за грани была чуждой, мы учились управлять ею. Демоница была этой энергией создана, и использовала её, как продолжение своего тела. Как часть своего тела, как саму себя.

Магия не имела никакого проявления в нашем мире. Никакой визуализации. Кроме моей побледневшей руки, на которой появился тёмный рисунок. Она вложила довольно много сил.

«Закрой глаза,» — пришло указание.

Я закрыл и постарался расслабиться. Через секунду я «увидел». Увидел дверь дома изнутри. И свою руку, призрачную, но способную влиять на физические объекты. Астарта создала… Фантома? Проекцию? Неважно, я видел дом изнутри и мог пользоваться одной рукой.

Дверь, как оказалось, легко открывается изнутри. Только изнутри.

— Пожалуйста, — я жестом пригласил войти в открывшийся проход.

Но ветеран с большим вниманием следил за моей рукой, всё ещё бледной. Я спрятал её в рукав:

— Сейчас пройдёт. Заходим, осмотримся.

Внутри пахло травами и, внезапно, гнилью. Травами сильнее. Дом не выглядел покинутым, всё везде прибрано, явно чувствуется женская рука хозяйки. Но откуда странный запах? Указав Сэму исследовать другую часть дома, я двинулся на кухню. Хотя больше она походила на лабораторию, причём вполне современную и обеспеченную. Но пробирки, реагенты и многочисленные механические приборы для смешивания, перемешивания и размешивания химических составов меня не впечатлили. Меня впечатлила мёртвая голова собаки, пришитая к какому-то кусту. Мёртвая, но живая. И, стоило мне появиться в поле её зрения, как мёртвые глаза собаки повернулись в мою сторону, и мёртвые губы оскалили белые клыки.

— Като! Сюда!

— Подожди, Счастливчик, я к тебе ещё вернусь, — пообещал я пёселю.

И развернулся, выискивая источник голоса. Пришлось спуститься в подвал, где запах гнили стал сильнее. Но в общем-то, я уже ничему не удивлялся, догадавшись, как именно хозяйка открывала закрытую изнутри дверь.

В полуподвале, или скорее на нулевом этаже, нас ждало сразу пять трупов. Два мужчины, две женщины, и какое-то чудо-юдо, сборная солянка из животных. Все пятеро таращились на нас мёртвыми глазами и скалились, но не шевелились.

— Кадавры, — высказал свои мысли ветеран.

— Угу, — кивнул я. — Кажется, мы ошиблись. Знахарка непросто знахарка из местных. Она — одарённая, бежавшая из своего рода и скрывающаяся здесь. Причём одарённая из некромантов.

Вздохнул, прикидывая, что делать дальше.

— Так. На случай если у хозяйки есть связь с её рабами, резать их прямо сейчас нельзя. Насмерть резать. Лучше связать, или вообще сковать стальными лентами. Но я не уверен, что стоит устраивать засаду. Без меня, во всяком случае. Что скажешь, Сэм?

Ветеран бросил на трупы презрительный взгляд.