Я знаю, почему Харон атакует нас группами. Ограничение на применение силы. Он просто не может бросить на нас сразу всё, что у него здесь есть, так же как я не могу применить сразу два замирающих ветра.

«Он всё ещё сидит на месте,» — подсказывает Астарта. — «Припас ещё несколько козырей, не иначе.»

«Вот сейчас и посмотрим, что у него за козыри» — отозвался я, двинувшись дальше.

— Като? — позвал меня Химуро.

— Я справлюсь, у него мало что осталось, а бестия тяжело ранена.

И не будете путаться под ногами.

Чёрт, в какой момент я начал превращаться в человека-армию, которому напарники больше мешают, чем помогают?

Обратился к своему дару, проверяя, как далеко мне до предела. Всё же я здесь довольно энергоёмкими заклинаниями бросаюсь…

И споткнулся на ровном месте. С моим даром творилось что-то непонятное. Говоря прямо, он давно опустел и рвался на части, пропуская демоническую энергию Астарты. Но это, чёрт подери, невозможно! Да я должен уже от боли корчиться на полу, неспособный вообще ни к каким манипуляциям. Что, демоны их задери, происходит?

«Астарта!»

От демоницы пришло ощущение, вызывающее ассоциацию с дрессированной собакой, подорвавшейся на зов хозяина и замершей в ожидании команды.

«Да? Я слежу за некромантом,» — отозвалась она.

«Что с моим даром?» — спросил я.

И чтобы не вызывать у наёмников вопросов, двинулся дальше, стараясь не ослаблять внимания.

«А что…» — начала было демоница.

А закончила смесью самых разнообразных эмоций, собирающихся в нечто вроде молчаливого грубого мата.

«Да это невозможно!» — наконец родила она связную мысль.

Я промолчал. Чего бы там со мной ни сделал коготь, выяснять я это буду завтра. И чем быстрее я здесь со всем разберусь, тем быстрее это самое завтра настанет.

«Но я не замечаю никаких изменений!» — продолжила Астарта. — «Заклинания проходят без искажения, всё будто бы нормально!»

«Это то, что бывает, когда связываешься с древними неведомыми артефактами непонятного назначения,» — проворчал я.

Раздражение внутри медленно нарастало. Харон имел сейчас все шансы умереть, просто попавшись мне на глаза. Более того, я уже готов был запускать какие-нибудь пробивные заклинания прямо в него, ориентируясь на чувство направления, даруемое демонессой. Тем более оставалось до него всего ничего.

Но в следующей зале, оборудованной под склад, меня встретил Гоша. Причём узнал я его только по лицу, и то с большим трудом. Полное отсутствие растительности, бледная с чёрными пятнами кожа, мутные глаза, ввалившиеся щёки и нос. Плечи раздались в разные стороны, а живот, наоборот, сжался, будто кишечник вообще удалили. Кто-то успел неплохо с ним поработать. Голый торс выглядел… Болезненно. Не вздымалась от дыхания грудь, и вместо мускулов из-под кожи выпирали какие-то конструкции.

— Като… — прохрипел Гоша. — Ты вс…

Воздушная коса врезалась ему в грудь. Но вместо расщепления отбросила назад до самой стены. Я не собирался тратить время на болтовню, однако убить… Впрочем «убить» для мертвеца не совсем правильное слово. Обезвредить его одной атакой не получилось.

Ожидаемо навалилась слабость. Некромант продолжал использовать проклятия, пусть и со сравнительно невысокой эффективностью. Гоша поднялся. В его движениях не было жизни, он не встряхнулся, встав на ноги, а двигался, как манекен. На лице не было эмоций.