Одно усилие воли, и всего лежавшие на полу взлетают, пока не начинают дёргать ногами в воздухе. А я говорю, но не только словами, а самой магией, передавая угрозу, что можно пощупать голыми руками, настолько она реальна.

— Твои сильнейшие бойцы — всего лишь игрушки в моих руках. Марионетки, а я дёргаю за ниточки.

Люди вокруг, повинуясь моей воле и моей магии, пустились в пугающий танец, неестественно дёргая руками и ногами, повторяя одни и те же движения. И для большей наглядности я заставил их сделать несколько движений, на которые человеческие тела не рассчитаны. Захрустели кости и суставы, но никто даже не пикнул, задыхаясь в сковавшем горло ошейнике.

— Ты будешь королём только потому, что я тебе позволил. Ты живёшь, потому что я тебе позволил. Ты будешь дышать, когда я тебе позволю. Вы все здесь живы только потому, что я так пожелал.

Тела заканчивают летать и вновь оказываются на полу, приклонённые, обращённые лицами к нам.

— Я здесь не для разговоров. Я приказываю. Приказываю сидеть ровно и держать всех своих вассалов на коротком поводке. Сидеть. Лежать. Служить. Ты выполнишь любой мой приказ или умрёшь. Как и каждый, кто сядет на трон после тебя.

Разжимаю ошейники, позволяя всем сделать судорожный вдох. Нужно больше зрителей. Открываю все ходы, накидываю ошейники и волоку всех сюда. Волоку, пока зал вообще способен вмещать новых людей.

— Сегодня начинается новая эра. Моя. Я бессмертен. Я неуязвим. Я! ТВОЙ! БОГ! Такой, какого вы заслужили. Вы будете служить мне. Я не даю выбора. Я ставлю всех вас перед фактом. Неважно, чего вы сами хотите. Вы уже породили меня. Я уже есть. И вы уже мои.

Ощущаю ручеёк силы. Слабенький. Пока. И он есть. А значит, вера может быть и такой. И силу я могу забрать и через страх.

— Сегодня я сохраню ваши жалкие жизни.

Ослабляю все захваты, давая зрителям отдышаться. Выжидаю, а затем затягиваю снова.

— Завтра я могу их отнять.

Надо сделать эффектный финал. Накладываю на себя покров, играя с его характеристиками, чтобы добиться практически невидимости. А затем выстреливаю собой, как из пушки, разбрасывая людей по полу ураганным порывом ветра. Сам же улетаю прямо сквозь потолок, пробив несколько перекрытий и крышу. Взмываю в небо и толкаю себя в сторону следующего города, уже зная, что там всё пройдёт точно так же.

Я демонстрировал подавляющую мощь. Я угрожал. Я доминировал. Я подавлял. Я внушал страх. Я строил защиту для новорождённой страны, хотя сам не был уверен, что республика просуществует сколько-нибудь долго. Только сил с каждым разом тратил всё меньше, оптимизируя спектакль. Шаг за шагом, город за городом. Напугал всех вокруг до мокрых штанов, убив в процессе всего пару десятков человек.

Наконец, взлетаю над последней столицей, прислушиваясь к своим силам. Хорошо, запас ещё большой. Солнце высоко, как и прикидывал, потратил на полёты почти два дня. Силы есть. Есть.

Я до последнего сомневался, стоит ли затевать этот перелёт. Стоит ли лететь через весь шарик, чтобы своими глазами увидеть разлом, сотворённую руками людей, или нелюдей, бездну? Что я там увижу? Рассыпающийся барьер, который я был не в силах подлатать? Лететь, чтобы ощутить собственное бессилие, несмотря на всю доступную мне сейчас мощь?

Надо. Я должен это увидеть.

Поднимаюсь выше и, сориентировавшись на местности, начинаю набор скорости. Если перестроить воздушные потоки, что мягко поддерживают меня в небе, применить немного хитростей из ещё неизвестной здесь аэродинамики, превратить себя в пулю, окутать замирающим ветром...

Я попробовал оценить скорость. Прикинул движение земли далеко внизу, сравнивая с тем, что видел в прошлой жизни, летая на всяком-разном. Получалось прилично, точно больше пятисот километров в час. Иронично, но этот факт не вызвал во мне никаких эмоций. Попытался как-то пошутить на эту тему, выдать нечто саркастичное, или придумать что-нибудь ещё, но.