|
Твое нынешнее положение — не твоя заслуга, старик. Тебе всего лишь повезло, повезло с самого рождения. Понимаешь? Я уважаю Мэй, готовую предать нас всех, синоби, чтобы позволить Ордену нас уничтожить. Но она проделала долгий путь, не раз делая практически невозможное. Она сделала все для своей победы, и потому я ее уважаю. Я даже уважаю Эя, потому что он прошел жесткую процедуру отбора, отсеивающую слабых и недостойных. Вероятно, я буду уважать Инахо, сумевшего пройти путь от молодого гэнина Конохи до Казекаге за столь короткий срок. Сомневаюсь, что кто-то открывал перед ним все двери и расстилал ковровую дорожку. Я уважаю Курохая. Но не тебя.
Нагато поднялся, сделав шаг назад.
— Но я милосерден, Оноки, и я не позволю себе предубеждения. Поэтому я позволю тебе стать на равных, вместе с остальными, вестниками нашего нового мира. Я позволю тебе обрести решимость, которой тебе всегда так не хватало. Считай это своим предназначением, старик. Считай, что тебе всегда не хватало решимости именно потому, что у тебя не было достойной цели. Цели, ради которой можно жить и за которую можно умереть. Я позволю тебе достойно закончить твою жизнь. Все будет хорошо.
Потеряв интерес к Тсучикаге Нагато двинулся дальше, ступая своими механическими ногами по выжженным камням, что остались на поле боя, но будто и не замечал их.
— Инахо Темуи. Как же долго ты блуждал во тьме. Сначала твои глаза затмевала зависть. Затем к ней прибавилось чувство мести, потом обман и целенаправленная травля, поражение от учителя и потеря семьи. Тебе пришлось искать свой путь самостоятельно, но тебе везло. Впрочем, удача нередко сопутствует храбрецам и наглецам. Но ты сумел отличиться. После академии максимум, на который ты мог рассчитывать — средней руки тюнин. Но тебя и твоих напарников выбрали для Като. Я тоже ученик сеннина. Правда, мой сенсей был куда добрее к нам, он даже по-своему нас любил. А твой был более требователен к результату и неплохо вас обучил. Поверь, мне есть, с чем сравнивать. Но затем тебя забрали в Корень, превращая в одноразовую машину для убийства всего одного синоби. Для убийства своего учителя. Много времени тебе потребовалось, чтобы освободить себя от этой навязчивой идеи, верно?
Нагато чуть улыбнулся:
— Я и действительно восхищен. Стать учеником сеннина второй раз, а затем поднять шорох и разом перейти в разряд самых разыскиваемых преступников. После чего просто взять и стать Каге. И Обито все же защитил от меня некоторые твои воспоминания. Но это ничего не изменит, Инахо. Поэтому нам придется остановить твой план. Задумка, конечно, грандиозная, не отрицаю. Но, когда мы закончим, в ней не будет необходимости. Или, как минимум, ты сможешь ее повторить, но уже без бессмысленных жертв. Ты создал себе своеобразную репутацию, ты брал силой все, что хотел забрать. Ты поднимался в небо, видел прошлое, творил своими руками будущее. У тебя сильный характер, Инахо, но излишне хаотичный. И тебе необходимо научиться жить иначе, без крови и смертей. Только так, иначе ты станешь бешеной собакой, которую усыпят, если она станет слишком опасной. С учетом твоих способностей ты вполне опасен уже сейчас.
Акацки снова стал серьезным.
— У тебя будет ребенок, Инахо, но ты ничего не испытываешь по этому поводу. Ты никого не любишь, просто хочешь владеть. Никому не хочешь доверять, просто используя других в своих целях. Даже в Обито ты видишь не друга, а конкурента и соперника, с которым можно работать только потому, что ты не можешь его победить и принудить служить себе. Этот поход обречен на провал, рано или поздно. Но не беспокойся. Тебе просто не повезло жить в окружении тех, кто пытался тебя использовать. Я покажу тебе другой мир, другую жизнь. Покажу, что все может быть иначе, что ты можешь доверять людям, можешь любить. |