— Ты убил эту тварь. Я немного в них разбираюсь и знаю одну вещь. Если она не взяла тебя под контроль сразу — то ты не трус. И вообще, всякими моральными качествами можешь похвастаться, раз смог её перебороть и пристрелить. А раз так, то слова своего не нарушишь. Вот и всё.

Я поднял и перезарядил арбалет, но наводить его на своего спутника не стал. Может, он ослабляет моё внимание и втирается в доверие, конечно… Но ради чего? Ловушка? Да мы расстанемся через минуту. И к тому же у меня оружие. А то, что я умею с ним обращаться, он видел, как и мою отличную реакцию и готовностью оружие применять.

— Нам сюда, — он указал на дверь. — осталось вскрыть замок.

— Отойди, — он сделал шаг в сторону, и мне пришлось уточнить. — Подальше.

Тот кивнул, отходя на достаточное расстояние.

Достав отмычку, оставленную Минакуро, я спросил:

— Что это была за тварь? И откуда ты о них знаешь?

Он поморщился.

— Ты слышал о безликих?

— Нет, — признаюсь честно.

— Тогда объяснять, кто я и откуда, слишком долго. А с тварью всё просто. Это мозгоклюй. Умным языком оно, конечно, называется иначе, но моё название ближе к истине. Эта тварь обитает в глубине Нижнего Города. Странно, что она появилась здесь, почти на поверхности.

Отмычка сработала, дверь открылась.

— Чёрт с ней, — мне всё меньше нравится Нижний Город. — Я предпочту убраться как можно дальше от города.

Мой спутник протяжно вздохнул. Не знаю, с чем был связан этот тоскливый вздох, меня больше интересовали бумаги. Здесь находились два стола и картотека из обычных деревянных полок. Вот только без пометок и указаний на содержимое, так что я искать буду долго.

— Как зовут твоего друга, когда он поступил и за что?

— Химуро, несколько дней назад, он… посвящённый.

Мужчина обернулся, пристально посмотрев мне в глаза.

— Жрецы, значит. И ты тоже?

— Вроде того. Долго объяснять, — вернул я его же отговорку.

Он улыбнулся.

— Мне дела нет, просто удивился.

Он прошёл до одной из полок, будто отлично здесь ориентировался. Впрочем, почему будто?

— Нашёл. Камера семь-четыре. Четвёртый коридор справа, вторая камера слева, — он показал мне папку из грубой серой бумаги.

Я подошёл и забрал папку, а затем достал пистолет. Один щелчок кремня и бумага вспыхивает, начиная медленно разгораться.

— Спасибо. Желаю успешно выбраться на свободу, — пожелал я бывшему уже заключённому.

— Взаимно, парень.

Я выбросил папку в коридоре, не боясь, что она устроит пожар. При свете магических ламп без труда удалось найти нужную камеру. Всё же сначала я осторожно заглянул в окошко, готовый отпрянуть назад. Однако, увидев внутри Химуро, тут же открыл дверь.

— Химуро!

Парень сидел в углу с замотанной какой-то тряпкой головой. На мой голос он дёрнулся, прислушиваясь, потому что глаза тоже оказались замотаны. Он напрягся, молча ожидая, что произойдёт дальше.

— Химуро, это я, Като.

— Като! Как ты… Что ты здесь делаешь? — он оживился, пытаясь встать.

— Спасаю тебя. Все вопросы потом. Хотя один я задам, что у тебя с головой?

Я вспомнил образ, созданный… кхм… мозгоклюем в моей голове и не мог не спросить.

— Мне выдавили глаза, — буднично ответил он. — Не страшно. Это излечимо.

Я сглотнул. Вряд ли смог бы так же бесстрастно заявлять о потере глаз. Он очень хорошо держится.

— Тогда валим отсюда.