Но лучше было сначала как можно дальше уйти от скальной гряды, а уж потом приниматься за исследование дара симпатичной Бенет.

Отдохнув с полчаса, путники поднялись и снова зашагали на север. Но не прошло и пяти минут, как над их головами снова пронеслись крылатые ящеры — теперь уже в обратную сторону… и каждый тащил в когтях по обеспамятевшему сурту.

А еще через минуту над головами беглецов мелькнули тени гигантских птиц, прислужниц курдалагов…

Глава 21

Не сговариваясь, беглецы повернули на северо-восток и побежали вслед за птицами. Брат Лэльдо сразу же отстал от своих друзей — равняться в скорости со степной охотницей не мог никто на американском континенте, да и на европейском, наверное, тоже. Уроборос, конечно, был не так стремителен, как иир'ова, но все же имел не две ноги, как эливенер, а великое множество — и все эти ноги, хотя и выглядели коротковатыми, работали как надо.

Вокруг уже почти не было больших открытых пространств; степь превратилась в некое подобие лесной поляны, вокруг которой, правда, не было леса. Однако заросли самых разнообразных кустов, перемежавшихся небольшими лужайками, оказались не настолько густы, чтобы помешать отчаянной гонке. Несмотря на то, что эливенер был сосредоточен на погоне, он все же отметил, что кустарник становится все выше и выше, однако его нижние ветки по-прежнему начинались у самой земли, ложась на нее пышными волнами. Разумеется, брат Лэльдо почти мгновенно потерял из вида спутников. Впрочем, это не имело ровно никакого значения — важно было просто держать нужное направление.

Эливенер мысленно окликнул кошку:

— Лэса, тебе не кажется, что птервусы летят к гнездовью?

— Возможно, — на бегу ответила иир'ова. — Но тогда они должны гнездиться прямо на равнине, в кустарнике… что-то мне в это не верится. Слишком опасно.

Брат Лэльдо не согласился с доводом Лэсы.

— Ничего они не должны, — возразил он. — Мы же не знаем, как далеко они улетят.

— Знаем, — сообщила иир'ова. — Я видела, как птицы снижались. Если это не очередной обман зрения — до них около километра. Я поднажму, пожалуй…

Иир'ова умолкла, а брат Лэльдо тоже поднажал. Он был человеком тренированным, слабакам просто не выжить на американском севере…

Уроборос молчал, не вмешиваясь в обмен репликами.

А через несколько минут прозвучал мысленный голос иир'овы, полный невыразимого ужаса:

— Лэльдо… я их вижу…

И кошка замолчала.

Эливенер от неожиданности едва не споткнулся о какой-то корень, но тут же прибавил ходу, хотя, казалось, и так уже несся на пределе своих возможностей. Но ведь в моменты эмоционального подъема энергии человеческого тела всегда увеличиваются в несколько раз.

Наконец он увидел Лэсу и уробороса, затаившихся возле высоченных, под три метра, пышных кустов с длинными серебристыми листьями. И в то же время до его слуха донеслись странные звуки: по другую сторону зарослей кто-то хрипло каркал, что-то трещало, чавкало, сопело, фыркало…

Брат Лэльдо, не задавая даже мысленных вопросов, осторожно приблизился к друзьям и, бесшумно раздвинув серебристые ветви, глянул в образовавшееся «окно».

И задохнулся…

Он увидел чудовищную картину.

На залитой солнечным светом поляне пировали вместе омерзительные черные ящеры и гигантские серо-коричневые птицы курдалагов!..

…Что они могли сделать? Да и был ли смысл что-то предпринимать прямо сейчас — ведь похищенные из какого-то поселка сурты давным-давно уже были не просто мертвы, от них вообще остались лишь страшные бесформенные куски мяса да обрывки окровавленной одежды… Брат Лэльдо осторожно коснулся рукой спины Лэсы, и когда иир'ова обернулась, он, глядя в расширившиеся зеленые глаза, кивнул, показывая: идем отсюда.