— Что случилось? — требовательно спросил он, даже не глядя в сторону водителя такси, стоявшего рядом и явно желавшего побольше узнать о странном происшествии, в котором он принимал участие.

— Леон, — поспешно попросила Элени, — заплати водителю, хорошо?

Мужчина протянул шоферу деньги и озадаченно воззрился сначала на одну девушку, потом на другую.

— Где ты была? — наконец спросил он, когда такси развернулось и исчезло за поворотом дороги. Внезапно он заметил следы слез на лице сестры и резко добавил: — Ты плакала?

Элени начала бессвязно бормотать, что Мелани ее спасла, но мисс Роусон тактично оборвала ее излияния.

— Лучше поговори с братом наедине, — посоветовала она спокойно, покосившись на мисс Ньюсон, выпрямившуюся на своем стуле в позе ожидания и любопытства.

Управляющая, услышав ее слова, откинулась назад, смирившись с поражением, но полоснула по служанке мрачным взглядом.

— Да, Мелани, конечно. — Гречанка посмотрела в строгие и вопросительные глаза брата. — Мы можем пройти в гостиную, Леон?

Гостиной Элени называла одну из комнат в личных апартаментах хозяина отеля, и горничная, пожелав всем спокойной ночи, направилась к лестнице.

— Извини нас, Ольга, — улыбнулся своей приятельнице Леон и остановил Мелани. — Тебе лучше пойти с нами. Может, я ошибаюсь, но, похоже, с вами обеими случилось нечто серьезное.

Девушка повернулась и с неохотой последовала за боссом в апартаменты, которых она никогда прежде не видела. В комнате, со вкусом обставленной в восточном стиле, находились, однако, несколько картин и фарфоровых статуэток, которые можно было найти в любой английской гостиной. Мелани потрясла вещица из римского стекла — прозрачная маленькая бутылочка, совершенно целая и не тронутая временем, что казалось чудом, поскольку изящное изделие было извлечено из земли после веков забвения. Бутылочка была покрыта.! радужной патиной, которую могут создать только годы. Не сознавая своих действий, мисс Роусон подошла к полке и осторожно прикоснулась к сокровищу пальцем, чувствуя на ощупь текстуру и тонкие линии хрупкого чуда, наслаждаясь его колоритом и удивляясь, что столь непрочная вещь смогла уцелеть в течение двух или более тысяч лет. Совершенство… Ей доводилось и прежде видеть бесценные вещицы, подобные этой, но никогда они не были неповрежденными, не имеющими даже незначительного скола или трещины.

— Простите… — Девушка подняла глаза и увидела, что брат и сестра наблюдают за ней с интересом, и щеки ее запылали. — Это очень красиво, — нерешительно заметила она, пытаясь объяснить свой порыв. — У меня есть друг, который коллекционирует римское стекло.

Это дорогое хобби было одним из увлечений Ричарда с тех пор, как его взгляд однажды упал на образец в музее. "Как бы ему понравилось эта изысканная маленькая бутылочка!" — подумала она, рассеянно размышляя, сдержит ли ее поклонник свое слово и приедет ли летом на Крит.

— Садись, Мелани. — Мужчина указал на кресло, и она опустилась в него.

Элени села напротив, но сам Леон предпочел остаться стоять в напряженной позе, ожидая объяснения сестры. Гречанка начала свою повесть, время от времени бросая испуганные взгляды на брата из-под трепещущих черных ресниц, но все же с большим самообладанием, чем ожидала от нее спасительница. В глазах Леонардоса Ангели постепенно разгоралось пламя, по мере того как Элени продолжала свой рассказ. Временами он странно смотрел на Мелани, но его внимание тут же возвращалось к сестре. Мужчина напряженно слушал каждое слово, срывающееся с ее губ.