Элима встала с кресла и подошла к иллюзограмме, как будто от этого черные столбцы и цифры над ними должны были стать меньше. Ничего не изменилось, две последние контрольные даты неуклонно показывали снижение рождаемости и уменьшение числа Рау, черные столбики раз от раза становились выше. Умирало больше, чем рождалось. Полукровок было больше сначала в полтора, а на последнем временном отрезке в два раза. Неритэль оказался прав — Рау стоят на грани. Кровь Снежных эльфов растворялась в людской.

— Прости меня, Нер, — Элима повернулась к Неритэлю и церемониально поклонилась, Толивэль что-то виновато буркнул, мол, прости дурака, не подумав, ляпнул. Неритэль махнул рукой, он был готов к такой реакции. Элима продолжила: — Ты бы не стал показывать ЭТО, если бы не держал в голове несколько вариантов выхода из создавшегося положения. Я готова внимательно выслушать все, что ты предложишь. Толи, думаю, присоединится к моим словам.

У Неритэля было одно сумасшедшее предложение, но вот примут ли его остальные, большой вопрос. Он убрал графики и произнес новое заклинание. Над столиком выросла фигура эльфа. Зрители удивились необычному изображению. Иллюзорный эльф был красив и пропорционально сложен, необычность его заключалась в том, что он был чернокож. Пальцы темнокожего эльфа заканчивались белыми когтями, глаза отсвечивали красными зрачками, и только длинная белоснежная коса указывала на его принадлежность к Рау.

— И что это значит? — опять одновременно спросили Толивэль и Элима. В этот раз они не переглядывались, а продолжали во все глаза смотреть на иллюзию.

— Идеальный воин и убийца, — добавил Толивэль. — Какая дикая грация. Будь у него белая кожа, все девки бы засохли.

— Начну издалека. Тридцать лет назад дочь Норэля Трилиста, Сенима, не вернулась после обучения в Ортене. Девочка вышла замуж. Своим избранником она выбрала вампира из клана Горных Котов. — Гости покивали головами, они знали эту историю. Против подобного брака выступили родители обеих сторон. Неслыханное дело. Вампир и эльфийка! Избери девчонка своим избранником человеческого серва — и то осуждения было бы меньше. И дело не в том, что вампиры — искусственно созданная из людей раса, Рау в этом вопросе тоже не слишком пушистые и чистотой происхождения похвастать не могут, впрочем, маленькие секреты людям знать не обязательно. Дело в том, что вампиры воевали на стороне Империи Алатар и были врагами Рау и Лесных эльфов, а старые обиды все эльфы помнят долго. За прошедшие полторы тысячи лет от падения империи никто не мог вспомнить ни одного случая совместной жизни эльфов и вампиров, а тут такое дело. Молодожены не стали слушать своих родителей и в одну прекрасную ночь исчезли в неизвестном направлении. Никто их больше не видел. — Четыре недели назад Норэль Трилист погиб в горах, не хватило сил удержать лавину. Сенима приехала на похороны. Она почувствовала смерть отца. Приехала не одна, с мужем, пятью детьми и двумя внуками. Внуки, мальчик и девочка, дети старшего сына Сенимы и Р'рона. Сама Сенима беременна шестым ребенком, ждет третью дочку. На иллюзограмме портрет среднего сына Сенимы. У детей Сенимы и Р'рона есть одна особенность — до двадцати лет они развиваются как дети людей или вампиров, а потом развитие замедляется и переходит на чистую эльфийскую линию. Почему за полторы тысячи лет не было ни одного случая интимных связей между эльфами и вампирами? Даже с полуэльфами? Малочисленность кланов вампиров, жесткое табу и преследование любых любовных отношений своих отпрысков на стороне берегли чистоту крови и честь лучших наемников и убийц, только последнее десятилетие пошли послабления.