«Когда я начал принимать кислоту, Чарли не был важной фигурой в моей жизни, – писал Уотсон. – Но один из его друзей стал проповедовать «Евангелие от Чарли», и о его философии постоянно твердили «девочки Семьи».

Они говорили, что у каждого есть «эго», желание утвердиться, сделать нечто, отличающее нас от окружающего мира. Мы цепляемся за это «эго», думая, что наша независимость, наша «самость» – это единственное, что позволяет выживать, что без нее мы бы погибли. Но… Истинная свобода означает самоотдачу, она подразумевает, что наше старое «эго» должно умереть, чтобы мы освободились от «самости», которая отдаляет друг от друга, отдаляет от самой жизни. «Прекратите существовать», – пел Чарли в одной из своих песен. «Прекратите существовать, придите и скажите, что любите меня». Девочки повторяли эти слова снова и снова – «прекратите существовать, убейте свое эго, умрите», – чтобы, перестав существовать, можно было полностью отдаться любви, полностью воссоединиться.

Мэнсон ломал личности окружающих людей с помощью искажающих восприятие наркотиков, словесными нападками, унижением, вовлечением в оргии. Каждый вечер после ужина Мэнсон поднимался на холм позади их ранчо и пускался в философские рассуждения под восторженные вопли одурманенных слушателей. Он призывал отбросить прошлое, осмеять его и оставить позади, особенно родственников и семьи из среднего класса. Главное теперь, как утверждал он, – это «Семья». Мэнсону тогда было тридцать с небольшим, и члены «Семьи» воспринимали его как нового Христа, которого так же распяли в тридцать с небольшим лет. Как и Христос, Чарли собирался изменить мир. Он тоже рассуждал про апокалипсис, отрицал учение отцов и проповедовал любовь. Чтобы символически подчеркнуть духовное перерождение своих последователей, он давал им новые имена. Уотсон стал «Тексом» не только потому, что гнусавость в голосе выдавала его техасское происхождение, но и потому, что в «Семье» Мэнсона мог быть только один Чарли. Насколько мне удалось узнать от них обоих, соперничество между этими двумя мужчинами, Мэнсоном и Уотсоном, сыграло определяющую роль в последующих убийствах.

Но главным фактором послужили как раз упомянутые проповеди с холма. Мэнсон повторял, что старому миру наступает конец, что он поведет своих последователей в секретное убежище в пустыне, где они переждут апокалипсис, а затем выйдут, чтобы вновь заселить землю. Конец света, по словам Мэнсона, можно было ускорить кровавыми убийствами. Обличая старый мир, Чарли постоянно твердил, что его обманывали с детства, никогда не устраивали праздника на день рождения, его жизнь была «испорчена» с самого рождения.

Для компенсации его страданий нужно убить кое-каких «свиней». «Свиньями» он называл представителей среднего класса, обладающих всеми преимуществами обывателей, которых нужно лишить комфортной и сытой жизни посредством пыток и убийств.

«Человек со стороны мог воспринять эти рассуждения как бред, но нам они казались убедительными, – писал Уотсон. – Чем больше мы принимали кислоты, тем охотнее слушали его и тем более очевидным представало перед нами неизбежное». Мэнсон обращался к своим последователям, когда те находились под воздействием ЛСД, в ярких красках описывая пытки и убийства. «Мы все живо представляли себе всю эту резню, и, хоть все это было лишь игрой, образы запечатлевались в нашем сознании и после окончания игры».

Однажды вечером, во время такой ролевой игры, Уотсон привел к Мэнсону нескольких девушек и заявил, что они готовы выполнить работу дьявола. Он, Уотсон, будет лидером этого отряда и возьмет на себя ответственность за настоящие убийства; девушки, под воздействием Мэнсона вбившие себе в голову мысль о том, что должны посвятить свою жизнь служению мужчине, будут его помощницами.