— Подожди, дай приду в себя.

— Какие мы нервные, — пробубнила себе под нос Ильховская. — Что за мужчины пошли?! Раньше, если верить историкам, лучшим зрелищем для мужчин был труп врага, а сейчас?! Ну повозился с каким-то там трупом и уже сам не свой. Надо было нанимать не адвоката, а патологоанатома.

Лора включила телевизор, чтобы не пропустить сообщение об обнаруженной в море утопленнице. Сообщения не было. На следующее утро она поехала в город за газетами. Сев в машину, принялась лихорадочно просматривать их и…

— Отлично! — воскликнула, не удержавшись, и завела мотор.

— Ольгерд, — размахивая газетами, взбежала она на веранду, — труп обнаружили!

Жилёнис тотчас отправился в окрестности замка. Он видел, как друзей повезли в полицейском микроавтобусе на опознание.

В последний раз забравшись на балкон замка, Ольгерд заснял их кислые физиономии. Друзья сетовали, что труп испортил им последний вечер.

Лора довольно улыбнулась и захлопала в ладоши от избытка нервозной радости:

— Хоть чем-то я им подпортила праздник жизни. Как было намечено ранее, она собиралась оставаться на вилле и получать краткие сообщения от Ольгерда из Москвы. Несколько раз он сам должен был приехать и подробно описать скорбь ее друзей. Но последние, выразив крайнее равнодушие к гибели близкого человека, кардинально изменили план Ильховской.

— В Москву! Здесь мне делать нечего, — решила она. Ольгерд вылетел одним рейсом с друзьями, а Лора — на следующий день утром.

Встретив Лору в аэропорту, он проводил ее в кафе, а сам, предъявив сотруднице спецотдела удостоверение на имя журналиста Сидоренко, поинтересовался «грузом-200», который прибыл из Франции. Сотрудница выразила удивление, что никто не приехал его получать.

— Твой труп еще не забрали, — сообщил Ольгерд Ильховской.

— Сволочи! Короче, я еду на дачу, а ты следи за ними. Выбирай, за кем удобнее, и не упускай из виду. Все болтают по мобильникам, подслушать не так уж трудно.

— Да пара пустяков, — раздраженно бросил Ольгерд, открывая дверцу машины.

— Прости. Я сама не своя. Они меня выбили из колеи.

Ильховская подбросила Ольгерда до его дома, а сама поехала на дачу.

Ольгерд взял у соседки ключи от «Жигулей» и снова вернулся в аэропорт. Он правильно рассчитал, что ждать ему придется долго. Лишь под вечер приехал Мельгунов и забрал «груз». Ольгерд проехал за ним до морга, решив, что далее следить за Мельгуновым не имеет смысла. На следующее утро он был у дома Ванышевой.

Около полудня из подъезда с озабоченным видом выбежала Гелена. Споткнувшись о бордюр, выругалась и поспешила на стоянку. Жилёнис последовал за ней. Ванышева подъехала к элитному фитнес-центру.

«Наверное, у нее здесь назначена с кем-то встреча. Скорее всего с Шуркиной», — догадался Ольгерд.

Обаяние и удостоверение журналиста помогли Жилёнису пройти в центр.

Гелену и Виту он нашел в одном из баров. Они настолько были заняты своим разговором, что Ольгерд счел возможным сесть за соседний столик. Чтобы не утруждать себя пересказом их беседы, он включил диктофон.

Грубо расставшись с Витой, Гелена помчалась дальше, Ольгерд — следом за ней. На улице Ванышева позвонила Арсению. Ее разговор с ним тоже был зафиксирован. Далее Ванышева поехала к Свергиной. Ольгерд только сопроводил ее до дома, но ждать не стал. Все и так было ясно.

Вечером Лора чуть не лопнула от злости и обиды. Ее лицо побагровело. Она не могла произнести ни слова, только выпускала воздух изо рта, чтобы не задохнуться. Потом принялась бегать по дому и, наконец, разразилась отборной бранью. Ольгерд не мешал ей изливать не вмещающиеся в ее душу эмоции.