- Галлея, - Скарлетт покачала головой, - не будь дурочкой. Не отдавай что-то важное тому, кто даже не удосужился сказать, что любит тебя.

- А если я хочу? – громко спросила я. – Знаешь, я поверить не могу, что ты поступаешь со мной так сейчас! И это – после всего, о чем мы говорили неделями. Я-то считала тебя подругой!

Руки Скарлетт задрожали.

- Да, Галлея, я – твоя лучшая подруга, - тонким голосом проговорила она. – И именно поэтому я так с тобой и поступаю.

Я не хотела ей верить. Зачем нужны были все эти разговоры о том, что нужно «доверять себе» и что «правильное решение придет само», если теперь она бросает меня?

- Мне это не нужно, - заявила я, вставая и отталкивая стул. – Я должна идти.

- Это неправильно, - подруга тоже поднялась. – Ты же понимаешь это.

- Неправильно? – переспросила я и поняла, что вот-вот из моего рта вырвутся какие-то ужасные слова. – Но в твоем-то случае все было правильно, да, Скарлетт? И посмотри, к чему это тебя привело.

Она отступила на шаг назад, словно я дала ей пощечину, и я осознала, что зашла слишком далеко. Кэмерон смотрел на меня с тем же самым выражением, какое я приберегала для Марианны Листер, Джинни Тейбор и вообще для всех, кто пытался задеть Скарлетт.

Мы трое просто стояли на кухне, глядя друг на друга, когда вдруг раздался звонок в дверь. Никто не пошевелился.

- Эй? – позвал кто-то, и за плечом Скарлетт я увидела Стива - или того, кто, кажется, был Стивом. Превращение завершилось. Сегодня он был в своем ожерелье, ботинках, тунике, брюках из какой-то толстой ткани, а на поясе у него висел меч. Стив, или, правильнее сказать, Влад, встал перед нами. Этакая живая история.

- Она собралась? – поинтересовался он, не замечая наших изумленных взглядов.

- Не знаю, - тихо отозвалась Скарлетт и сделала несколько шагов к лестнице, не глядя в мою сторону. – Я проверю, хорошо?

- Было бы замечательно.

Итак, мы с Владом стояли на кухне, и оба казались совершенно неподходящими персонами для этого дома. Сверху донесся голос Скарлетт, ей что-то ответила Мэрион. На столе перед нами лежала наша с подругой Библия беременности, открытая на главе о шестом месяце. Некоторые строчки были подчеркнуты ярко-розовым текстовыделителем.

- Мне пора, - сказала я. Влад, поправлявший на поясе меч, поднял взгляд. – Кэмерон, скажи Скарлетт, что я передавала привет, хорошо?

- Да, - медленно отозвался Кэмерон, - конечно.

- Хорошего вечера, - пожелал Влад, когда я направлялась к черному ходу.

- Спасибо. С Новым годом.

Я проделала половину пути по внутреннему дворику подруги, когда обернулась и снова посмотрела на ее дом. Мне хотелось увидеть Скарлетт в одном из ярко освещенных окон, хотелось, чтобы она прижала ладонь к стеклу, подавая мне наш секретный знак, но ее там, разумеется, не было. Я подумала о том, чтобы вернуться, но было холодно и начинало темнеть, так что я просто ускорилась, почти побежав к машине Мэйкона, которая, должно быть, уже стоит на привычном месте.

Вечеринку, на которую мы ехали, устраивал какой-то парень по имени Ронни, и нам пришлось ехать за город. Мы тряслись по узким грязным дорогам, миновали несколько трейлеров и, наконец, остановились напротив обычного кирпичного дома, освещенного синими фонарями. Вокруг бегало несколько собак, а по двору и крыльцу ходили люди. Никого из них я не знала.

Первое, что пришло мне в голову, когда я вошла и увидела несколько пустых бутылок, аккуратно выставленных в ряд у двери, это вопрос – что подумала бы мама? Я была уверена, что она бы упала в обморок, если бы увидела кофейный столик, заставленный пепельницами, валяющиеся тут и там банки из-под пива, стены, обитые дешевыми панелями под дерево, и потертый желтый ковер на полу, на который, похоже, что-то пролили.