– Позвони мне вечером, дай знать, удалось ли тебе что-то выяснить.

– Позвоню.

Проводив глазами ее отплывающую машину, я сел в свою и двинулся в мотель.

Созвониться мне удалось только к полудню.

– Привет, – сказал я. – Никак я оторвал тебя от ленча?

– Конечно, – ответила Элизабет. – Как у тебя дела?

Я начал было рассказывать ей о коронерском расследовании, но она остановила меня.

– Я только что прочитала о нем в газете. Что они решили относительно Дани?

Я предельно кратко изложил ей положение дел. Затем рассказал ей о письме. Когда я кончил, наступило молчание.

– Элизабет, – спросил я, – ты меня слышишь?

– Я слышу тебя, – голос у нее был очень тихим.

– С тобой все в порядке?

– Все нормально, – тихо ответила она. – Я никогда в жизни не чувствовала себя так хорошо. Мне очень нравится быть одной. Насколько я понимаю, ты хотел бы остаться до следующей недели?

Я сделал глубокий вдох.

– Если с тобой все в порядке, я действительно хотел бы.

– Ты считаешь, тебе удастся чего-то добиться? – спросила она.

– Если я сейчас уеду, Дани будет думать, что я опять ее бросил.

– Но ты не бросал ее! – с силой сказала Элизабет. – Разве ты ей этого не объяснил?

– Объяснил. Но она все еще ребенок. Не думаю, что она поняла хоть половину из моих слов. – Я потянулся за сигаретой. – Просто она верит мне и полагается на меня.

– Как и я, – сказала Элизабет. – Как, по-твоему, я себя чувствую? Когда все соседи провожают меня взглядами и спрашивают, как ты там? Они, как и я, читают газеты. Они знают, что ты каждый день видишься с ней!

Я понял, кого она имела в виду.

– Это глупо.

– Неужто? – спросила она. – Ты уверен, что Дани – единственная причина, по которой ты хочешь остаться?

– Конечно, уверен, – заорал я. – Черт возьми, какие еще могут быть причины?

– Тебя это письмо обеспокоило не из-за Дани, – возразила она. – Ты уже говорил мне, что с ней ничего не смогут сделать. Она под защитой закона. Ты пытаешься спасти Нору. И если ты будешь честным сам с собой, ты согласишься со мной!

Я услышал, как на другом конце положили трубку. Я связался с оператором и сказал, что меня прервали, после чего снова услышал, как звонит телефон.

– Алло, – голос у нее звучал, словно она только что плакала.

– Элизабет, – сказал я. – Прости меня. Я сделаю все, чтобы тут же вернуться домой.

– Нет, не возвращайся, – буркнула она. – Ты должен оставаться там, пока не покончишь со всеми этими проклятыми делами.

– Но… – запротестовал я. Она прервала меня.

– Нет. Нет, ты останешься там, пока не распутаешь, что там происходит. Я не хочу, чтобы, когда ты вернешься домой, за тобой тянулся какой-нибудь след. Я хочу увидеть нормального мужа, а не то изможденное привидение, каким ты был в Ла Джолле.

– Что с деньгами? – спросил я.

– Не беспокойся. Только что пришел твой чек с остатком денег. На сто сорок долларов, так что неделю мы продержимся. И я в любом случае выручу пару сотен за свое кольцо, если надо будет.

– Элизабет, – у меня перехватило горло. Я услышал, как она фыркнула.

– Ну, что еще?

– Элизабет, я люблю тебя.