Ривллим молча поклонился в ответ, а когда поднял взгляд, перед ним остались только волк с рысью. Словно по команде, оба животных подошли к человеку и обнюхали его колени. Ривллим присел перед ними на корточки и боязливо протянул руку к загривку волка. Тот, однако, спокойно дал себя погладить. Сверкнул глазами только: знай, мол, меру. Рысь вежливо отстранилась и зевнула, демонстрируя клыки в мизинец длиной.

— …Ты возвращаешься домой? — спросила ольтийка, едва они с Фиар отошли к противоположному краю святилища.

Та кивнула.

— Я бы не стала этого делать, — лицо богини потемнело. — Я плохо вижу вас; нечто могущественное ведёт вас, и в конце пути будет не то, к чему ты стремишься.

— Я хочу сама всё увидеть, — возразила девушка, посерьёзнев. — Не люблю предсказаний, они делаются только для того, чтобы события не могли повернуть иначе.

Ольтийка одобрительно улыбнулась: — Твоё право. — Протянув руку, она коснулась лба девушки. Та ощутила холодок, пронизавший всё её существо. — Нечасто мне помогают такие, как ты, эллено. В моих владениях ты отныне будешь в безопасности. Большего сейчас я даровать не могу. Если только ты сама не попросишь.

— Благодарю, — Фиар поклонилась, на этот раз более учтиво. — Могу я спросить?

Богиня кивнула, глядя в сторону океана.

— Ты дала ему поручение, зная, что он не сможет отказаться?

Ольтийка едва заметно улыбнулась.

— Смотри, — она указала рукой в сторону океана и их обеих словно бы перенесло туда, к одному из холмов у города. Город утопал в зелени; в порту стояло множество кораблей необычного вида. Необычные экипажи, плывущие по воздуху, стремительно неслись к городу и уносились прочь от него. — Вот он, Эриггвен, великий торговый город, знаменитый во всём мире. Поблизости — другой крупный город, известный как Меорн. Таким он будет много веков спустя, если я вернусь туда.

Фиар глядела во все глаза.

Богиня сделала другой жест, и города не стало; пространство вокруг затуманилось, и девушка поняла, что они находятся поблизости от святилища. Ровные, широкие дороги проходили по тому месту, где должно было быть святилище — и экипажи, иного вида, влекли в обе стороны вереницы фургонов.

— Это иное будущее, где влияние моё почти исчезло. Так будет выглядеть это место когда — то, если армия Заирри завтра сровняет святилище с землёй. Всё будет по — иному; иные города, иные люди. Есть и другие виды будущего — не хочу утомлять тебя их картинами. Понимаешь, о чём я говорю?

Фиар отрицательно помотала головой.

— У будущего много обликов, — пояснила ольтийка, взмахом руки стирая видения. — Я вижу их все; каждый из них чем — то лучше других.

Фиар продолжала молчать.

— Выбор, который сделает Ривллим — не для меня, — закончила ольтийка, указывая кивком в сторону Ривллима и своего эскорта. Для него самого.

Фиар кивнула, уголки её рта чуть тронула улыбка.

Они вернулись к Ривллиму. Тот молчал, нахмурившись; лоб его пересекали морщины.

— Помочь я могу немногим, — произнесла ольтийка, обращаясь к обоим. — Вот совет. Если пойдёте белой тропой, отыщете оракул. Возможно, его совет пригодится. Что — то пристально следит за вами, гроза может разразиться в любой момент, — улыбнувшись, добавила богиня.

Глядя Ривллиму в глаза, она добавила ещё несколько фраз. Фиар, судя по всему, не было дано их услышать.

Хранительница подняла правую руку ладонью вверх. Волк и рысь сели у её ног. И их, всех троих, не стало.