– Нам туда, – сказал он.

Лилия Станиславовна удивилась.

– С чего бы такое внимание?

Никифорыч как будто пожал плечами.

– Я хочу, чтобы ты ехала со мной.

– Понятно, – кивнула Лилия Станиславовна, подходя и усаживаясь на заднее сиденье. Берсенев сел рядом. Переднее сиденье рядом с водителем занял его высоченный охранник, и машина тронулась.

Квинт заметила на лице Берсенева самодовольную ухмылочку, которая не предвещала лично для нее ничего хорошего и насторожилась. Знала, когда он так ухмыляется, жди неприятностей и ничего более.

– Признаться, я уже думал, что никогда тебя не увижу. Думал, смоталась Лиля из Москвы куда-нибудь далеко, как вдруг надежный человек из ментовки позвонил. Так мол и так. Приходила мол девушка, рассказала, что видела тебя здесь. Правда, с другим лицом. В милиции не поверили, а я поверил и как видишь, не ошибся, – проговорил Берсенев с нескрываемым весельем, словно ставя себе в заслугу тот факт, что удалось поймать Квинт. Сколько людей было задействовано, но повезло ему.

Лилия Станиславовна грустно поглядела в окно. Ну что ответить в такой ситуации, когда ей не везет со всех сторон.

– Разве от тебя скроешься, – сказала она с долей грусти. Сейчас Квинт в отличие от Берсенева было совсем не весело.

Кажется от этих слов самодовольства на лице Берсенева стало еще больше. Оно прямо-таки распирало его. Никифорыч кивнул.

– Это верно. От меня не скроешься, даже если не только рожу, но и душу поменяешь. Я и с того света достать могу.

– Но мертвецы не умеют говорить, – резонно заметила Квинт. Ее замечание здорово не понравилось Берсеневу, и он нахмурился.

– Зато живые могут, – грубо сказал он. – Разве ты еще не поняла, что твоя дочь у меня.

– Юлька, у тебя? – Лилия Станиславовна заерзала на сиденье так, что сидящий впереди охранник обернулся с недовольной мордой.

– Так-то вот, – Берсенев кивнул и со скучным выражением на лице отвернулся к окну, делая вид будто им больше и разговаривать не о чем. Но Лилия Станиславовна догадалась, все отнюдь не так и разговор у них еще впереди.

Ее привезли в тот самый загородный дом, откуда два месяца назад Квинт удалось убежать. А вот Таисии – нет. Ей не повезло. Хотя, может быть благодаря ее смерти, Лилии Станиславовне и удалось спастись.

Красный микроавтобус отстал где-то по дороге. Лилия Станиславовна догадалась: люди Берсенева наверняка уже прикончили Костика и решили избавиться от трупа. Закопают где-нибудь в лесу. А ее не прикончили. Значит, она еще нужна Берсеневу.

Перед тем как зайти в дом, охранник Олег, указал на зарешеченное окно туалета, откуда Квинт в прошлый раз сбежала и с гордостью сказал:

– Теперь не смотаешься. – И толкнул Лилию Станиславовну в спину, чтобы она шла к веранде. – Иди туда за Михаилом Никифоровичем.

Берсенев вошел в дом первым и уже поджидал Квинт в гостиной, сидя в кресле. В другом кресле сидела Юля. Лилия Станиславовна бросилась к ней.

– Юля! Доченька!

Дочь была точно напугана чем-то и не проявила эмоций. Только лишь посмотрела в глаза Квинт и ничего не сказала. Видно переживания не прошли для нее бесследно.

Лилия Станиславовна заплакала и поцеловав Юльку в щеки, обхватила ее голову и прижала к себе.

Юлечка. Котенок, это же я, твоя мама, – назвала она дочь так, как называла ее раньше. – Потерпи немного. Скоро мы будем вместе, как раньше. И нам будет хорошо…

– Не будет, – тихо ответила дочь.

Лилия Станиславовна испуганно посмотрела на дочь.

– Почему, Юля?

– Того, что было раньше, уже не вернуть.