Тяжело, должно быть, Эттери… Жить не одно столетие – только на словах звучит хорошо. На самом же деле никогда не видеть солнца и переживать почти всех, кого знаешь, – ужасно.

Я бы точно такой судьбы для себя не хотела.

Хорошо, что обращение в вампиров уже несколько веков под строжайшим запретом, а всех нарушителей ждет кара Великого Судьи.

Смеялась над близнецами я недолго. Когда они узнали, какие роли уготованы нам с Антуаном, настала моя очередь сидеть насупившись, пока надо мной хохочут в голос.

– Ладно, признаю! – согнувшись чуть ли не пополам от смеха, выдавила Нотт. – Ваш план гораздо нелепей!

– Профессор Мор уже попросил вас называть его папочкой? – вытирал выступившие от хохота слезы Гаат.

– Нет, – шумно выдохнула я и возвела глаза к потолку. Боги, помогите мне! – Он же наш отчим. Якобы!

– О-о-о! А ты уже втянулась!

– Может, пойдем с другими поболтаем? – сделала я жалкую попытку переключить внимание близнецов. – Узнаем, куда остальных отправляют закрывать разломы?

Однако пойти мы никуда так и не успели.

Дверь в зал-убежище с грохотом распахнулась, и все голоса тут же стихли. Ведь на вечеринку заглянул целый отряд преподавателей…

– Вопиющие нарушения правил школы! – прогремел голос профессора Трина, который преподавал у нас древние языки. – Гулять по школе после отбоя – запрещено! Собираться компаниями после отбоя – запрещено!

Его взгляд метнулся на стол с едой и напитками. И тут бедняга Трин так покраснел от гнева, что я испугалась за его здоровье.

– И все вот это безобразие, – он ткнул пальцем в сторону стола, где стояли полупустые бутылки, – тоже ЗАПРЕЩЕНО!

Большая часть студентов находилась в оцепенении, но были умники, которым вдруг стало смешно.

Я обернулась на звук, когда услышала, как кто-то из парней не сдержался и прыснул. Почему я не удивлена, что это оказался Антуан?..

– Молодой человек!!! – почти завизжал Трин. Другие преподаватели безрезультатно пытались привести языковеда в чувство. – Что вы себе позволяете?! Вы немедленно пройдете со мной к ректору! За недостойное поведение вы будете отстранены от практики!

Вот теперь все шепотки стихли. Воцарилось гробовое молчание.

Трин сошел с ума?! Из-за обычной вечеринки, которые тут каждый год – а то и семестр – устраивают, он хочет обеспечить Антуану проблемы? Вплоть до отсечения магии, ведь если студент не пройдет практику, его не пустят на экзамен… А дальше все и так очевидно.

– Профессор Трин, позвольте, я сам разберусь с этим студентом. – В проходе появилась знакомая фигура.

Прихрамывая, в зал вошел Мор.

Несмотря на поздний час, он не выглядел так, будто его только что выдернули из кровати. Он вообще был одет точно так же, как и днем во время собрания.

– Люциус, не влезайте. Это не ваше дело, – помотал седой головой Трин.

– Как раз мое. Этот молодой человек – в моей подгруппе на практике, и я сам вынесу ему наказание.

Я обернулась на Антуана. Он выглядел так, будто у него по спине ползал ядовитый паук, который мог укусить при малейшем движении.

Бедняга. Даже представить страшно, что он сейчас чувствует, когда из-за дурацкой вечеринки и случайного смешка его жизнь и магия оказались на волоске…

– Вас слишком долго не было в школе, Люциус, – нахохлился Трин. Он не желал давать Мору ни толики контроля над ситуацией, но ощущал себя загнанным в угол.