— А теперь давай поговорим о том, как тебе снова встретиться с твоим другом...

В трубке фыркнули.

«Наивный. Послушай меня, гений. Если ты убьёшь Дмитрия, мне будет грустно и тоскливо, но на этом всё. Однако от тоски я сожгу к демонам этот свиток с китайской грамотой. О том, что с тобой сделают за утерю, ты знаешь лучше меня. Поэтому сейчас я расскажу, что тебе нужно сделать, чтобы получить свиток. Verstanden?»

Сергей очень внимательно отслеживал интонации в голосе. Если бы Дмитрий пытался играть спокойствие, голос оставался спокойным на протяжении всей речи. Вертекс позволяет подобные трюки. Но нет, голос парня играл интонациями, иронией, сарказмом, чуточку самолюбования. И никакой тревоги. Дмитрий абсолютно уверен в том, что преимущество на его стороне. Угрожать бессмысленно. К тому же пленник — всего лишь глава службы безопасности, а не брат, мать или кто-то из родственников.

— Я слушаю тебя.

К счастью, обещать Сергей мог всё что угодно. Главное — добраться до свитка.

«Я готов передать свиток...»

— А что об этом думает Олеся? — уточнил Сергей.

Хотя и так уже понял, что это не Дмитрий актив Олеси, а наоборот. Олеся — удобный контакт в специальном отделе, и Дима не постесняется ей пользоваться.

«Тебя это не касается, малыш, и не перебивай меня больше. Я готов передать свиток и забыть всю эту историю, если вы, мудаки, загладите свою вину. Вы без повода на меня напали, убили моего человека и вообще доставили массу неприятностей. Поэтому вы возвращаете мне Дмитрия, живого, здорового, целого и невредимого. А вместе с ним три сотни тысяч рублей компенсации моих нервов. Торг неуместен,» — вывалил парень.

Сергей пару секунд переваривал наглость, ответив:

— Понял тебя. Деньги будут готовы через три часа. Место встречи...

«Звони, как будешь готов, я назову место. Не хочу, чтобы вы своих людей заранее там расставляли,» — перебил Дмитрий и оборвал связь.

Положив трубку на аппарат, Куница заглянул в глаза Олеси.

— Ну как я тебе?

— Наглый и несносный, — улыбнулась девушка. — Признаю, у тебя есть шарм. Но триста тысяч?

Дима изобразил задумчивость:

— Считаешь, продешевил?

Олеся прыснула в кулак.

— Нет. Ты мог просить сколько угодно, не верю, что они будут платить.

Дима кивнул:

— Конечно. Почти наверняка у них приказ — нас убить. Деньги обязательно привезут, чтобы мне показать.

— Хочешь сказать, ты выставил требования только для того, чтобы они поверили...

— Да, да, да, я не заподозрил подвоха и думаю только о деньгах, — кивнул Куница. — Эти ребята точно работают только на себя и против всех. А значит, их можно валить без всяких зазрений совести. Поэтому я иду один.

Олеся удивилась.

— Не поняла.

— Я приду на встречу, удостоверюсь, что мой тёзка жив, и буду всех убивать.

— Это понятно, чем тебе я помешаю?

Дмитрий вздохнул.

— Если ты будешь рядом, есть шанс, что тебя достанут и я не смогу помочь. А если ты будешь в недосягаемости, тебе точно никто не навредит. Я не знаю, как повернётся ситуация, и я не хотел бы... — он замолчал.

— Так погиб Олег? — догадалась девушка.

Куница кивнул.

— Уверен, что справишься сам? — спросила Олеся.

— Абсолютно, — уверенно подтвердил Дима. — Сейчас сделаю иллюзорную копию свитка, проверю оружие и буду готов. А ты побудь где-нибудь подальше. Рация у нас есть, я тебя вызову, как всё закончится.

Девушка кивнула:

— Хорошо.

Глава 44

Москва. Закрытый склад.

Март 1983 года

Кобура пистолета слегка давит на грудь.