— Боюсь, и мне это все кажется слишком странным, — вздохнула Габриэль и печально улыбнулась. — Может, ничего странного в этом нет, поскольку кругом снуют охотники на ведьм и чего-то выжидают. Или мы с тобой просто никак не можем успокоиться, Мартин. Когда нам даруются спокойные дни, мы не в силах оценить выпавшую на нашу долю удачу.

— Не доверяю я безмятежной тишине, моя госпожа. — На лице Мартина появилось бледное подобие его старой широкой улыбки. — Предпочитаю грозы. Когда слышны раскаты грома и видны вспышки молний, ты, по крайней мере, предупрежден, что надо бы поискать укрытие. Нам следовало бы убраться отсюда и чем скорее, тем лучше.

Шагнув вперед, он открыл перед ней дверь, и Габриэль покинула дом, даже не оглянувшись в последний раз. Они направились к каретному двору, где их ждала запряженная карета. Бетт и Мири уже сидели внутри. Помимо горничной Габриэль оставила при себе кучера и двух лакеев, которым предстояло сопровождать их в пути. Рослые молодые люди встрепенулись при их приближении, один из них поспешил вперед, чтобы освободить хозяйку от ее ноши.

Волк отмахнулся от лакея и забрал у Габриэль деревянную шкатулку так осторожно, как если бы брал пистолет с взведенным курком. Он пристроил шкатулку в карете, потом подал руку Габриэль.

Один из лакеев только-только собрался распахнуть ворота на улицу, когда створку буквально выбили у него из рук. Габриэль с тревогой разглядывала всадников, мужчин в шлемах с суровыми лицами, перегородивших их карете дорогу. Как в старом греческом мифе о беспощадной армии, выросшей из зубов дракона, они, казалось, возникли из ниоткуда.

— Ном де ном, мадемуазель, — пробормотал Волк ей на ухо. — Похоже, погода начинает портиться.

Он полез за кинжалом. Габриэль схватила его за руку и предостерегающе кивнула. Шестеро беспощадных охотников на ведьм перегородили им путь, их было слишком много, чтобы бороться с ними. К тому же ни Волк, ни ее лакеи не обладали военным мастерством Реми.

Когда командир отряда выдвинулся вперед, в окне кареты появилось бледное лицо Мири. Переживая за сестренку, Габриэль с облегчением увидела, что перед ней не сам проклятый Аристид. С показным спокойствием и затрепыхавшимся от страха сердцем Габриэль вышла ему навстречу. Она подняла голову и обратилась к командиру группы с холодной вежливостью:

— Прошу прощения, сударь. Но мы уже собирались выехать из ворот, а вы преградили нам дорогу.

Охотник на ведьм окинул ее твердым взором. Это был мужчина в годах с лицом, изборожденным морщинами, его седые волосы не слишком маскировали отсутствующее ухо.

— Госпожа Габриэль Шене?

— А если и так? — ответила Габриэль, надменно вздернув брови.

— Господин Балафр хотел бы переговорить с вами, мадемуазель.

— В любое другое время я с удовольствием встречусь ним, но сегодня мне это крайне неудобно. Сообщи своему господину, что буду счастлива принять его, как только вернусь в Париж.

Охотник на ведьм усмехнулся и подал какой-то ей знак своим людям, которые обнажили шпаги.

— Господин Балафр очень хотел бы видеть вас. Сей час же.

Волк выругался и предпринял очередную попытку выскочить вперед. Габриэль успела вовремя остановить его.

— Нет, не смей!

— Но, мадемуазель, я ни за что не позволю этим… дьяволам увести вас.

— Со мной ничего не случится, — настаивала Габриэль, молясь, чтобы это оказалось правдой. — Пожалуйста, Мартин. От тебя требуется только одно: ступай и найди Реми.

Без сомнения, гостиница «Шартр» когда-то прежде была веселым и шумным местом, пока охотники на ведьм ее не реквизировали.