Я поняла, какой ответ сейчас услышу, но сказала:

– Наверное, в магазин отлучилась.

– Верно, – согласилась рассказчица, – за водкой побежала. Тяжелое было время для Ильи. Тамару он один раз от пристрастия к водке вылечил. Ему подсказали гипнотизера. Врач закодировал Тому, все наладилось. Почему супруга опять за бутылку схватилась, Илья не понимал…

Мы с Адой молча слушали то, что уже знали. Когда рассказчица замолчала, я спросила у Виктора:

– Вы видели женщину, которая представилась вдовой Ильи Петровича.

– Да, – кивнул бизнесмен, – но не узнал ее. Помню Тамару молодой, симпатичной. А сейчас она выглядит не очень свежей, раскрашена, как цирковая обезьяна. Потолстела, обрюзгла.

– Наверное, надо уговорить ее сделать тест ДНК, – посоветовала я.

– Уже сдали, – кивнула Инесса, – ладно, пусть баба меня на свет родила, но воспитывала меня мама! Вот она, сидит рядом. Другой матери мне не надо.

– Анализ показал отсутствие родства? – уточнила я. – Или еще нет результата?

– Есть, мы недавно его узнали, – фыркнула Инесса, – тетка моя биологическая мамаша.

– М-да, – пробормотала Дюдюня.

– Это неправда, – закричала Инесса, – моя биомать умерла от пьянства. Папа Витя, расскажи им!

Виктор Маркович кашлянул.

– Илья тогда мне позвонил, сказал: «Тамарка опять за водку схватилась. Второй раз через это я проходить не могу. Несси уже многое понимает. Уезжаю в город, квартиру снял. Пускай Ефимова живет, как хочет!»

– Странно, что ваш друг не подал на развод, – удивилась я.

– Наоборот, очень даже понятно, – возразил Шикин, – если оформлять развод по закону, то все пополам надо делить. У Ильи на тот момент уже дела в гору пошли, он закусочные открыл. Тамарка отобьет свой кусок, ослабит сеть обжорок и пропьет все. А если просто разбежаться, без судов, то вроде семья цела. Вот почему Листов быстро смылся и в Совине никогда не показывался. Впрочем, и ему, и мне тогда было ясно: Тамарка быстро допьется до могилы. Так и вышло. Спустя некоторое время Листов попросил:

– Скатайся в барак, глянь, как там Тамара. Невероятно, конечно, но вдруг она квасить перестала, за ум взялась. Жить с ней не хочу. Но если жена моя с водкой завязала, значит, мы нормально поговорить можем.

Илье не стоило в Совине показываться, а меня там никто не видел.

Я отправился по адресу, ничего хорошего не выяснил. У бабы откуда-то взялись деньги, она некоторое время не просыхала, и конец. Где ее похоронили, никто не знал. Но в том, что Ефимова покойница, сомневаться не приходилось, ее соседи мертвой видели.

– Почему тогда тест подтвердил материнство? – удивилась я.

Виктор пожал плечами.

– Не знаю!

Дюдюня взяла телефон и начала кому-то звонить.

– Привет, Ада, – сказал мужской голос.

– Рома, ты на громкой связи, – предупредила Штольцбаумкухенрайз. – Есть девушка, ее мать умерла от пьянства. Отец состоятельный человек, женился вторично и вскоре скончался. Вдова и дочь вступили в права наследства.