Риччи подняла руку.

– Можно я?

– Дерзай, – разрешил Иван.

– Первый, – заявила девушка. – Похоже, несообразительные девочка Тамара и мальчик Илья – дети птицы Феникс. В подростковом возрасте они погибают в реке. Объявить кого-то утопленником и не найти тело – классика жанра. Труп потом можно случайно обнаружить живым с паспортом на чужое имя. Но у нас ситуация другая. Мертвых подростков видели жители деревни. Это их первая смерть. Через некоторое время Тамара и Илья селятся в Совине в бараке, с дочкой Инессой. Ребенку мало лет, но девочка бойко бегает, разговаривает, опережает развитие. Удивительно, что у матери и отца, которых в детстве все соседи считали умственно отсталыми, родилась такая дочь. Но еще удивительнее, что взрослые определенно обрели разум. Листов ведет бизнес, его жена занимается хозяйством. Ни один человек не говорил, что у супругов было умственное отставание. Каким образом они вылечились? Некоторое время в семье все было хорошо, и вдруг крутой поворот: Тамара хватается за бутылку и умирает от пьянства. Это ее вторая кончина. А сейчас мы наблюдаем очередное воскрешение. В первом случае было много свидетелей, способных подтвердить, что сами видели тело в гробу. Что касаемо второго ее отъезда на тот свет, есть ли у нас уверенность, что Ефимова номер два скончалась?

– Да, – подтвердил Димон, – после отъезда мужа с дочкой мать окончательно потеряла человеческий облик, пила без остановки. И умерла. Тело похоронили в общей могиле на полигоне, всем занималась милиция.

– Следующие вопросы, – воскликнула Риччи, – жители деревни видели в гробу Тамару и Илью. Кто тогда приехал жить в барак? Почему крошечная Инесса попала в интернат?

– Ответов пока не имеем, – констатировал Никита Павлович, – и у меня еще вопрос. Мы выяснили, что Илья владел сетью закусочных на бензоколонках. По какой причине он жил в адских условиях в месте, где обитают асоциальные личности?

– Кто знал о смерти Ильи и Тамары? – стал рассуждать вслух Димон. – Сомнительно, что о гибели подростков сообщили по телевизору или написали в газетах. Скорей всего, в курсе были лишь обитатели села Ошурково. Может, среди них надо искать человека, который взял паспорта покойных и отдал их другим людям?

– Документы после ухода из жизни их владельцев утилизируют, – напомнила Ада.

Коробков застучал по клавиатуре.

– Пара погибла в девяностых. Но даже в советские, весьма строгие в отношении исполнения законов времена и сегодня, когда вроде навели порядок, можно приобрести чужое удостоверение личности. А уж в лихие девяностые это вообще была не проблема. Сообщили об уничтожении паспортов, а на самом деле отдали их другим людям. Тамаре на момент утопления было пятнадцать, Илья ненамного старше. Паспорт покойной Ефимовой могла получить молодая женщина девятнадцати, двадцати и более лет. Ну выглядит она взрослее, и что? То же и с Ильей. Главное для нас сейчас понять: настоящие ли Ефимова и Листов на том свете, у них появились двойники. В связи с этим возникает вопрос: госпожа Мендельсон переживала о смерти Ильи и девочки?

– Очень! – сказала я. – Нина, Ольга и Вера в один голос твердили, как она постоянно плакала.