— А про революционеров ты знаешь? — спросил он.

Агния настороженно посмотрела Кувалде прямо в глаза.

— Только не говори, что ты с ними связался, потому что цесаревича ненавидишь, — тихо произнесла она.

— Что? Нет, — улыбнулся Краснослав. — В ближайшие дни лучше из Гимназии не выходи. Особенно на центральные улицы. Мало ли что.

— Не поняла, — сказала сестра.

— Скоро что-то будет. Но пока не могу сказать точнее. Револьвер всегда с собой носи, даже в уборную, — сказал Кувалда.

— Ты параноик, — фыркнула Агния, но Краснослав её перебил.

— Живой параноик.

Он постоял ещё мгновение, глядя на кузину, затем молча развернулся к двери.

— Постой! — воскликнула Агния.

Кувалда обернулся. Агния замялась на секунду, словно задумалась, стоит ли говорить то, что вертится у неё на языке.

— Ядвига Грибовская была бы не против с тобой погулять. Пригласи её. Только я тебе ничего не говорила, понял? — быстро сообщила сестра.

Краснослав вспомнил белобрысую соседку-сплетницу, задумался на секунду, оценивая риски. Это пошло бы на пользу его репутации в Гимназии, но пока все его мысли заняты совсем другими вещами.

— Потом. Позже, — ответил Кувалда и скрылся за дверью.

Он направился в мужское общежитие, в свою комнату. Час «икс» неумолимо приближался, но времени ещё было достаточно, и Кувалда решил потратить его с пользой. Как минимум, привести себя в порядок.

Кувалда был старомоден, и на сражение обычно шёл, как на праздник, гладко выбритым, в чистой и выглаженной одежде. Будь такая возможность, то он пошёл бы в парадном мундире капитана Имперских ВКС. Но в этом мире Кувалда был всего лишь гимназистом. Пока что.

В комнате, к облегчению Краснослава, никого не было, объясняться с князем ему решительно не хотелось. Кувалда бросил тужурку на кровать, снял кобуру, положил револьвер Галана на стол. Нужно было изучить оружие получше перед тем, как его применять.

Краснослав разделся до пояса, умылся, походил по комнатке. Краем глаза увидел своё отражение в зеркале, остановился возле него. Это был уже не тот тщедушный полутруп, неделю назад очнувшийся от комы. В отражении Кувалда видел воина. Настоящего богатыря.

Он схватил наплечную кобуру, надел прямо на голое тело, снова прошёлся перед зеркалом. Состроил несколько гримас, сложил руки на груди.

— Да? Что? Это ты мне сказал? — произнёс Кувалда.

Револьвер оказался в руке почти мгновенно. Недостаточно быстро для пилота Империи, но невероятно для гимназиста. Краснослав прищурился, глядя на своё отражение в зеркале. Вид весьма и весьма угрожающий. Револьвер вернулся в кобуру.

— Ну как? Быстрей, чем ты. Сукин сын, — сказал он. — Ублюдок. Без глупостей, мразь. Ты это со мной говоришь?

Он снова выхватил револьвер, представляя перед собой скользкого, мерзкого рептилоида. Так получалось гораздо лучше.

— Со мной? — Кувалда огляделся по сторонам. — Чёрт возьми, а с кем ещё. Здесь только я. За кого ты меня держишь?

Краснослав ещё несколько раз потренировался выхватывать оружие. Порой от скорости зависела жизнь, и умение выстрелить первым не раз спасало капитана.

Часы пробили три часа пополудни. И пусть даже Никон Морозов сказал ему приходить вечером, выходить нужно было уже сейчас. Кувалда намеревался сначала установить наблюдение, рассмотреть каждого, кто будет заходить в этот дом, и только потом ломиться внутрь, в логово противника. Краснослав любил, когда опасность горячила кровь, а адреналин мчится по венам.