Внезапно Макар снова падает и орет. В этот раз он даже не может взять над собой контроль. Размахивает руками, кричит, тяжело дышит, будто его обжигает пламя. Верный знак того, что еще кто-то из Искателей пал.

Оборачиваюсь и вижу, как одного из мужчин рассекли на две части мечом. Арбалетчик Сергей не успевает увернуться, а защититься ему нечем. Дубина обрушивается сверху и больше он нежилец. Макара бьет еще одна волна боли.

Во мне вспыхивает злость! Небывалый огонь ярости, я перехожу в еще более глубокое состояние боевого транса. Одним точным ударом молота обрушиваю очередную чертову статую.

А злюсь я только потому, что не успел высвободить големов и за эту ошибку пришлось заплатить двумя жизнями. Больше ждать нельзя! Плевать, пусть хоть весь мир узнает о моем секрете, но больше я не позволю Искателям умирать.

Отпрыгиваю в сторону, чтобы освободить место для големов. Они бесшумно материализуются из пространственного хранилища и тут же получают команду сражаться с ожившими статуями.

Искатели невольно замечают големов и сказать, что они испытывают шок — это ничего не сказать. Кто-то из наших даже кидается на големов с мечом наперевес, однако хорошо, что многие видели, как я их призвал.

— Големы за нас! — кричу так громко, как могу. — Не мешайтесь!

Искатели перестают их атаковать, но удивление с их лиц никуда не девается. Оно и понятно, никто и никогда бы не подумал, что такое вообще возможно — вот так просто взять и по щелчку пальцев материализовать из воздуха с десяток трехметровых големов. По крайней мере, именно так это выглядело со стороны.

Я еще долго буду вспоминать удивленные лица Анны, Кристины, Виктора и остальных. Лишь бойцы «Молота» были не особо удивлены, но как же они обрадовались, когда осознали, что прибыла подмога.

Големы, ожидаемо, оказываются слабее оживших статуй. Тем не менее, за счет их помощи мы наконец-то вроде бы начинаем сражаться с монстрами на равных, а не защищаемся и отступаем. Или пока еще нет…

Нет времени оценивать бой, нужно сражаться. Виктор и один из големов атакуют здоровяка с двумя башенными щитами. Они пробиваются через его защиту и разламывают на куски. Долго же этот каменный защитник давил нас.

Анна так и вообще вытворяет удивительные вещи. Она заскакивает на одного из големов. Уже с него, закрутившись в полете, вместе с ятаганами, смертельным волчком, падает на статую и превращает ее в пыль. В этом есть и заслуга Ивана с Тимуром, парни очень долго колупали гладиатора с коротким, широким клинком.

После Анна вскакивает и куда-то бежит. Жестом она зовет меня за собой и я вижу, что девушку и парня зажали живые статуи. Големы не могут им помочь, слишком далеко. Как, к сожалению, и Искатели…

Сестра останавливается, она просто понимает, что уже не успеет. Я вижу, что из ее глаз бегут слезы, но она злобно хмурится и спешит помочь тем, кому еще можно. Я тоже, мы должны минимизировать потери, и так уже погибли слишком многие… Вопросов к тем, кто обязал неготовых к такому сложному рейду пойти в него, все больше…

Выкрик Макара не заставляет себя долго ждать. Он уже катается по полу и едва не бьется о него головой. Даже не представляю, как больно принимать в себя через слабый дар черной магии частицы силы погибших Искателей. И ведь они не были слабаками, совсем нет. Это ожившие каменные воины настолько сильны.

Мне снова удается приблизиться к монстру сбоку. В этот раз это огромный рыцарь с большим прямоугольным щитом и длинным мечом, на его шикарном шлеме красуется каменный гребень.

Рукоять молота танцует в руках, крепко сжимаю ее пальцами — взмах. Размазанный блеск стали, шум воздуха — голова монстра превращается в пыль. Он перестает шевелиться и падает статуей на мраморный пол, лишь облачко пыли вздымается и напоминает, насколько это был огромный воин.

Переключаюсь на очередного воина, а краем глаза замечаю, как что-то темное будто становится еще более черным и большим.