Вот оно.

Виноватым считается тот, кто первым обнажил меч. Использование оружия вне тренировочных площадок и без надзора наставника Кузни запрещено. Использование…

На этот раз книгу всё же выбили из моих рук.

Парень с карпом на груди, тот, что не представился полностью, а лишь тыкнул мне в глаза титулом отца, скривился:

— Пойдём, Слайд. Сейчас он начнёт цитировать нам правила, а не покажет, как горяч его ихор. Оказывается, у него есть мозги. Попозже, на площадке выбьем их из него.

Я дождался, когда они обогнут меня, пройдут несколько шагов и только тогда окликнул:

— Эй, как там тебя, с рыбой на груди, ты куда торопишься?

Они обернулись, тот кого я звал, ухмыльнулся:

— Сейчас начнёшь пыжиться и изощряться в оскорблениях? Не утруждай себя, уверен, в устах северянина это будет выглядеть жалко.

Я согласился:

— Наверняка. Куда уж мне тягаться с тобой в количестве грязи на языке. Но мне это не нужно. Я, в отличие от вас, не трус.

Парни переглянулись.

Но я уже шагнул вперёд. В левого, в молчаливого и беловолосого Слайда полетели мои тяжёлые седельные сумки, правому, со светло-серыми волосами в нос полетел мой кулак. Мы, северяне привыкли в детстве так решать, кто из наших отцов сильней.

А вот где бы ни был этот самый Дом Мэре, проверять, чьи кулаки крепче, там явно не привыкли.

Всего один удар сердца, один выплеск жара души, вложенный в один удар кулаком, и сынок Дома Мэре отшатывается, зажимая лицо ладонями. А я лишь довольно щерю зубы. Да. Свёрнутый набок нос — это больно.

Я знаю.

Шагнуть налево к Слайду, который отшвырнул в сторону мои сумки. Впечатать кулак ему в живот, с правой засветить в ухо. Слайд рухнул мне под ноги. В голове зазвенело.

Я отшатнулся. Это с рыбой на груди справился с болью и ударил меня в затылок. Но я лишь ухмыльнулся:

— Слабо. Наши бараны бьют сильней.

Он попятился, начав было складывать пальцы в печати. Я даже не стал разбираться, что он хочет использовать и с наслаждение засветил ему в глаз. Он поплыл, попятился от меня и рухнул на спину.

И тут же по коридору прокатился крик:

— А ну, стой, сволочь!

Я вскинул голову. От поворота бежали ещё трое здоровяков. Трое это много.

Шагнул назад, оставляя между собой и бегущими ворочающихся на полу неудачников и прижимаясь спиной к стене.

Мы ещё поглядим, кто кого.

Глава 11

Впрочем, драки не случилось. Здоровяки даже не успели добежать до меня, как появились стражники в цветах Дома Верде и с ходу вломились между нами. Рук никто из них, разумеется, не распускал, но и на угрозы не обращали ни малейшего внимания. Угрожал, конечно, не я.

Затем к стражникам-простолюдинам в грубых халатах добавились наставники-идары в шелках и завертелось.

Разбирательство не длилось долго. Два голоса против одного. Да я и не собирался лгать.

И хотя бы узнал полные имена этих двоих. Бихо из Дома Мэре и Слайд из Малого дома Сегундо. И оба третьи сыновья.

Несколькими минутами ранее я назвал набегавших на меня приятелей Бихо здоровяками. А вот сейчас, пытаясь объять взглядом нависавшего над нами Глебола, старшего наставника Кузницы Крови, терялся, как же мне тогда назвать его? Человек-гора?

Он был не меньше чем на две головы выше отца, и во столько же раз шире его в плечах. Шёлк одеяния едва не лопался на его груди. Меч на боку под стать — вдвое больше обычного. Светлые густые волосы чуть кудрявились, покрывая голову плотной и высокой шапкой. Рубленные, грубые черты лица, широкий нос и подбородок с глубокой ямкой, чёрные глаза.