Камера миновала несколько помещений. Они были почти пусты. Но обстановка поражала. Стены словно жили, они переливались разноцветными узорами.

— А вот теперь смотреть. — предупредил Отто.

Объектив приблизился к стене, и стали отчетливо

видны подробности перемежающихся узоров. В них просматривалась явная последовательность.

— Создаётся впечатление, что это письменность. — проронил Айрон.

— А теперь ещё смотреть. — прошептал немец.

В кадре показалась рука. Она протянулась к рисунку и поймала пальцами один знак. Тот немедленно остановился и раздался звук, похожий на отдалённое пение фанфар. Пальцы потянулись к другому месту, помедлили и прижали возникший символ. Раздался другой звук, более высокой тональности.

— А теперь вот так. — увлечённо проговорил Шварцабль.

Выглянула ещё одна рука, и теперь они обе прижали два символа.

— Элллль… — явственно пропело в комнате.

— Это ещё не передавать всей гаммы. — поделился наблюдениями немец.

— Возможно, вы имеете дело с клавесином слишком устаревшей конструкции. — невозмутимо ответил Дуглас.

— Да, это интересно. — согласился Айрон. — Но при чём тут я?

— Мне вас рекомендовали как специалиста по очень древним языкам. — воодушевлённо провозгласил Шварцабль.

— Не очень, а просто древним. Но это, мне кажется, просто музыкальный инструмент, пусть даже он принадлежал инопланетянам. Интересно было бы взглянуть и всё потрогать. Но стоит ли тратить средства на простую экскурсию? К тому, как я понял, ваш фабрик очень секретный.

— Вы говорите, это музик! — закачался от негодования герр Отто. — Но ей есть слова! Там это песня! А песня это текст!

— И много там текста? — опять подал голос Стивен.

— Очень много. Мне очень сожалею. Я полагать, что вы, герр Ковен, быстро согласать. То есть согласить. Я буду разочаровать ваш друг. Он вас рекомендовать и он очень ошибаться.

От огорчения герр Шварцабль перешёл на ещё более ломаный язык.

— И кто же вам рекомендовал меня? — спросил Коэн, очень сожалея, что вынужден отказываться от такого предложения. Но делать ему там было нечего. Разгадывать письменность инопланетян — это работа не для него. Было бы чистой авантюрой обещать что-либо.

— Мне обещал вас профессор Мариуш Кондор.

— Вы знакомы с Кондором?! — подпрыгнул Коэн.

— Какой вы нервный, мистер Айрон. — недовольно заметил Дуглас. — Наверно, пьёте кофе с кофеином?

— Мы, как это… знакомые пять лет немного. Мы как-то были вместе в экспедиций. Я вспомнить фор Кондор и его фрау. Я рассказать ему про лабиринт, он тут же согласиться ехать. Но не сразу. Дела надо поделывать. И он рекомендовать специалист по языкам. И это всё. Мне очень жаль. Мой самолёт будет улетать. Вот это ваш билет, герр Ковен. Нет времени просить. Надо сдать билет, а то отменит рейс. У вас здесь все боятся террористы.

— На который час назначен вылет? — холодея от внезапности своего решения, поинтересовался Айрон.

— Через два часа. Есть время выключить в доме холодильник.

— И написать записка для жена. — заметил Стивен Дуглас. — У вас ведь нет дома кошка?

ГЛАВА 3

— Не нужен никакой одежда. Вам всё готово: от щётки для зубов до пляжный шлёпанцы.

— Я думал, немцы никогда не шутят! — засмеялся Айрон.