После предостережения, сделанного ей Алексом накануне, Люси сразу сообразила, что он имеет в виду, и, хотя не разделяла его мнение, постаралась спросить как можно спокойнее:

— Почему же ты сам так в этом уверен?

— Из-за пропущенного звонка, — твердо сказал Алекс. — Тот бугай… Ты тоже говорила про тяжеловеса. Слишком много совпадений. Я сразу отвез сына к Кортни, так что швов Анна не видела. По дороге Макс рассказал мне, что тот незнакомец нарочно сшиб его, но маме он об этом не стал говорить. Ты сама понимаешь, все дело в том звонке, и они в точности сделали то, что обещали. Эти типы прекрасно знают, где мое самое уязвимое место.

Люси поглядела на него сочувственно.

— Я даже не принимал Макса и Анну в расчет, — продолжал Алекс, словно говоря с самим собой. — Они никак не участвуют во всей этой истории, и взять у них нечего. С тех пор как началась заваруха с документами, я больше беспокоился о тебе. Но я не собираюсь повторять ту же ошибку и найду аргументы, чтобы убедить Анну увезти Макса на несколько дней к ее родителям в Йоркшир. Надо устранить его с их дороги, пока не найдется посылка Уилла. — Он брезгливо поморщился. — Но ведь надо же было до такого додуматься, Люси, — напасть на ребенка! Что бы там ни было — что бы они ни требовали, — если мы это отыщем, я тут же все им отдам. Оно не стоит того, — решительно заключил он, взглянув на спящего Макса.

Люси, безотчетно покусывая нижнюю губу, посмотрела на отца и сына. Пока она готовила в кухне салат, Алекс отнес Макса в кровать, а когда вернулся, они принялись обниматься, чтобы почувствовать взаимную поддержку.

— Папа дал тебе ключи Уилла?

Люси уловила в его голосе некую неясную нотку и неловко кивнула:

— Ты не против? Мне было так неудобно, но он очень настаивал…

— Я сам ему предложил. И у меня есть для тебя еще один…

Алекс вынул из кармана пальто конверт со сломанной печатью и вложил ей в руки, предоставив изучать его содержимое, а сам отправился выбирать новый CD-диск для прослушивания. Обернувшись к Люси, он увидел, что она в замешательстве рассматривает посылку.

— Когда это пришло?

— В субботу — точное время не скажу.

Люси тихо выдохнула, сложив губы трубочкой, и Алекс пояснил, подняв брови:

— Так они показывают нам, что могут достать нас когда угодно и где угодно. Ты напечатала что-нибудь пригодное для передачи этим типам?

Люси кивнула. Пока она сервировала стол, Алекс достал из холодильника бутылку и расставил бокалы. Она рассказала ему о снимке, где Уилл сфотографировал плитку с другим, золотым ключом, а затем решилась наконец задать Алексу очень волнующий ее вопрос.

— Значит, ты решил, что когда мы найдем ключ в пару к моему серебряному и оригиналы манускриптов — если найдем, конечно, — то мы просто все отдадим им и прекратим поиски? Откажемся от надежды самим получить ответ?

Алекс помолчал, понимая, куда клонит Люси: его мать пошла на значительные жертвы, создав благоприятные условия для хранения ключа и оставшейся части документов; несомненно и то, что многие поколения женщин в их семействе берегли это тайное сокровище до неких лучших времен. Но за него — или из-за него — погиб Уилл, а это в расчет не входило.

— Моя мама такого не ожидала. Уилл, Макс, угроза нашему с тобой счастью… Ты же знаешь, Люси, что я обо всем этом думаю. Я понимаю, сама история очень любопытна, иначе зачем им проявлять к ней столько внимания? Но никакие фамильные ценности, пусть даже это сокровища, в моих глазах не сравнятся по стоимости с дорогими мне людьми. Мы должны это отдать. Я в лепешку расшибусь, но завтра ни за что не пропущу их звонок и вручу напечатанные тобой снимки — счастье, что так мы можем выиграть время и разыскать остальное.