— А ты уверена, что твоему волнению нет иных причин? — вкрадчиво спросил алхимик.

— Что-о-о?

— Уж не расстроена ли ты внезапным отъездом Варо и Бростека? — напрямую спросил он.

Сперва Магара даже не поняла, куда клонит Иро, а потом залилась краской.

— Ты думаешь, это просто девичья хандра?! — с укором воскликнула она.

— Вам, смертным, такое порой свойственно, — ответил ее собеседник. — Эти двое, несомненно, очень… важны для тебя.

— И с чего это ты взял? — иронично прищурилась Магара.

— Я заключил это из того, что ты не говоришь о них.

— Однако…

Некоторое время они молчали.

— Ну? — спросил наконец Иро.

— Честно говоря, ты меня смутил, — призналась девушка.

— Странная это пара, не правда ли?

«Лучше и не скажешь, — подумала Магара. — Может быть, именно тут и кроется причина моего беспокойства?»

— Я научилась попросту общаться с Варо, — начала она, — но я его все равно не понимаю. Он так холоден…

— Однако на удивление хорош собой.

Она кивнула и потупилась.

— Ну, а Бростек?

— Он никогда не бывает серьезным, и это немногим лучше. Я… мне он очень нравится, но…

— Что — но?

— С ним очень забавно… и вроде бы я ему нравлюсь…

— Но ты видишь в нем лишь друга? — рискнул предположить Иро.

— Ну, что-то вроде того…

— А скучаешь сразу по обоим?

— Да… Они оба одержимые, и, полагаю, не без причины. Но мне так хотелось, чтобы они побыли у меня подольше! Теперь, когда их нет, моя жизнь бесцельна и пуста…

— Ну уж это, милая отроковица, самая что ни на есть откровенная чушь! — твердо сказал Иро. — Они сами выбрали себе призвание. А у тебя есть свое собственное.

— Да уж, какое-никакое… — горестно вздохнула Магара.

— Послушай меня, — продолжал рассерженный донельзя алхимик. — Я не такой уж дока по этой части, но совершенно уверен, что талантов у тебя в изобилии. И я далеко не единственный, кто твердит тебе об этом, поэтому ты никак не можешь считать подобное заявление бреднями выжившего из ума лунатика! — Его страстность поразила Магару, и она во все глаза уставилась на яростно жестикулирующего алхимика. — Ты — целительница, учительница, кстати, за твои сказки тебе охотно и недурно платят. И будь я проклят, если всего этого недостаточно, чтобы сделать твою жизнь яркой и наполненной! Ты умна и хороша собой…

— Вот-вот, именно в таком порядке следует перечислять мои достоинства! — расхохоталась Магара. — Все мои сестры — красавицы, а я — умненькая доченька, которую ни один кавалер в упор не видел…

— Вздор, — решительно прервал ее Иро. — Будь я лет на двадцать — тридцать моложе… — Он блаженно улыбнулся, но тотчас же сурово сдвинул брови. — Сама посуди, Магара. Когда кто-нибудь приходит к тебе с раненым сердцем и смятением в душе, ты всегда умеешь понять и утешить. Почему же ты столь безжалостна к себе самой?

— Ох, это значительно труднее…

— А кто говорит, что это должно быть легко? — с вызовом бросил алхимик. — Прекрати докучать мне жалобами на злую судьбу, а вместо этого займись-ка ты каким-нибудь полезным делом!

В глазах ученого плясали развеселые искорки, поэтому Магара ничуть не обиделась на его слова.