— Фу! Знаю я твой кофе. — Она брезгливо содрогнулась. — Эта гадость прожжет дыру у тебя в желудке, если ты чем-нибудь ее не обезвредишь. Приготовить тебе яичницу? Может, гренки поджарить?

— Не надо, Рейчел. — Он говорил тихим рассеянным голосом и не сводил глаз с окна. Ей отчего-то не нравилось, когда он называл ее по имени. Слово «детка» было не так опасно, как нежные зовущие звуки ее имени на его губах.

— А раньше ты любил поесть, — шутливо сказала она, подходя к нему. — Бабушка Ариэль всегда тебя пугала, что ты растолстеешь, если не начнешь следить за тем, что ешь.

— Я принял ее слова к сведению, — пробормотал он. — На нас идет шторм.

Теперь и Рейчел посмотрела в окно: высокие волны с грохотом рушились на пляж.

— Похоже, — беззаботно согласилась она. — Сильный будет шторм? Это опасно для нас, раз мы так близко к воде?

— Не думаю. Я справлюсь у Харриса — он наверняка слышал прогноз. Ураганов здесь почти не бывает. Так, ветер повоет и успокоится. Ты боишься шторма?

Ее смех ржавой струной зазвенел в хмурой утренней тишине.

— Я знаю, я страшная трусиха. Я боюсь всего на свете. Я боюсь летать, океана, штормов, змей, любви и смерти. Необязательно в таком порядке.

Он неподвижно стоял рядом с ней. Она чувствовала сильный, густой запах кофе в его дыхании и жар, исходящий от его стройного мускулистого тела.

— А чего ты не боишься? — спросил он тихим и мягким голосом.

— Я не боюсь тебя, Эммет, — вторя ему, ответила она.

Долгое время они молча стояли плечом к плечу и как зачарованные смотрели на бушующий океан. Рейчел пошевелилась первая, желая нарушить этот сеанс гипноза:

— Будешь еще кофе?

— Что? — Он даже вздрогнул от неожиданности и повернулся. Но его карие глаза будто смотрели сквозь нее — куда-то вдаль или в прошлое. — Ах, нет. Спасибо. Я пойду разомнусь. — Он поставил пустую чашку на подоконник и направился к двери.

— Под дождем?

— Дождь начнется только через несколько часов, Рейчел. Я уже научился предсказывать местную погоду. А настоящий шторм ударит ближе к вечеру. Успеем еще закрыть все ставни.

Она широко улыбнулась и весело помахала ему рукой.

— Конечно. Счастливо, Эммет.

Он запрыгал вниз через две ступеньки, будто стремился поскорее сбежать от нее. Стоя у окна, Рейчел смотрела, как он быстрой походкой идет по пляжу. «У всякого свои демоны», — сказал он вчера. Глядя на него сейчас, она верила в это. Но не от нее ли его демоны?

День тянулся с черепашьей скоростью. Час от часу непогода усиливалась. Два часа Рейчел пробегала из угла в угол в ожидании Эммета. Взвинченность не позволяла ей присаживаться дольше чем на пару минут. Когда он, наконец, вернулся, растрепанный и еще более замкнутый, ее нервы были на пределе. Она готова была разрыдаться от отчаяния и напряжения. Тяжесть в воздухе, приближение шторма и постоянный раздражающий вой ветра словно нарочно объединились, чтобы вызвать у нее чувство обреченности. Судьба занесла над ней свой топор. Злосчастная греческая трагедия, которой она так стремилась избежать, была неизбежна.

Больше часа она провела в гостиной, сидя напротив Эммета и наблюдая за ним краем глаза. Эммет сидел на стуле с прямой спинкой, устремив свой холодный, настороженный взгляд в книгу, которую держал на коленях. Но она заметила, что в течение часа он ни разу не перевернул страницу.

Темнота в доме сгущалась, но никто из них не вставал, чтобы включить свет. Ветер набирал силу. Рейчел от страха тряслась мелкой дрожью. Но на этот раз она не собиралась просить Эммета о помощи. Наоборот, она собиралась держаться от него как можно дальше, пока рассудок не восстановит свои права в ее ослабевшем мозгу.