— Что-что? — ласковым и тихим голосом переспросил он.

«Угрожает», — подумала она, но не стала притворяться, будто не поняла.

— Я обыскала твою комнату. Должна вам сказать, мистер Эммет Чандлер Джек Аддамс Бен О'Хэнлон, что вы — человек кристальной честности. За что вы получили Пулитцеровскую премию? За выдуманные репортажи?

Он медленно встал. Рейчел потребовалась вся ее сила воли, чтобы не вздрогнуть, не выдать своего испуга. Даже не взглянув на нее, он пошел в дом, где оценил размеры ее вторжения в его личную жизнь. От слов, последовавших затем, покраснел даже воздух. Рейчел с искренним восхищением слушала и запоминала на будущее. «Неудивительно, — думала она, — что он выиграл Пулитцера. Настоящий мастер слова!»

Вскоре он вернулся.

— Вот уж не думал, что буду сочувствовать мужьям, которые бьют своих жен, — пророкотал он, нависая над ней, точно разгневанный тиран.

— Я не твоя жена.

— Бог миловал. Ну что — довольна плодами своих трудов?

— Вполне, — спокойно отвечала она. — Теперь, по крайней мере, я знаю, зачем тебе нужен Эммет.

— И зачем же? — Он, мрачный и темный, стоял прямо перед ней, загораживая весь обзор.

— Ты хочешь написать книгу. Не пытайся больше пудрить мне мозги — я прочитала об этом в твоей газете. Там говорится, что ты разыскивал радикалов шестидесятых годов. Эммет не такой уж видный террорист, но он имел отношение к взрыву в Кембридже, и он происходит из известной семьи.

— Не говоря уже о том, что он наследник состояния в несколько миллионов, — сухо добавил он.

— Сомневаюсь, что Эммет намерен принять наследство.

— Почему?

— Потому что, если бы он этого хотел, он бы уже объявился. Он, наверное, слышал, что ему завещали кучу денег. Это было во всех газетах. В молодости он был равнодушен к деньгам, и не думаю, что он сильно изменился.

— Может быть, он до сих пор скрывается, потому что понимает, что все эти деньги не стоят той цены, которую ему придется за них заплатить.

— Ему не придется ничего платить, — возразила Рейчел. — Он не совершал преступлений. К взрыву он имел случайное отношение.

— Почему же тогда он не объяснит это всем заинтересованным лицам? Почему Эммет Чандлер скрывается пятнадцать лет, если ему нечего скрывать? — Его голос был настолько холодным и бесстрастным, что Рейчел готова была снова его возненавидеть.

— Я не знаю. Но я спрошу его, когда мы встретимся.

— Если только я не встречусь с ним первым. — От холода этих слов Рейчел даже зябко передернула голыми плечами, но ответить не успела, потому что помешал шум подъезжающей спортивной машины. Взвизгнули колеса, раздался резкий и нетерпеливый гудок.

Губы Бена О'Хэнлона изогнулись в циничной и усталой улыбке.

— Кавалер прибыл. Не заставляй его ждать.

Рейчел нарочито медленно поднялась и скользнула мимо его упругого, ожидающего тела, нарочно слегка задев его.

— Мерзавец, — ласково прошептала она и сбежала по ступенькам к машине.

Глава 16

Бен О'Хэнлон проводил ее взглядом, чувствуя боль, название которой он предпочитал не произносить даже в мыслях. Кожа до сих пор подрагивала от прикосновения ее тела. В воздухе задержался аромат жасмина. Он жадно вдохнул его, затем выругался и отвернулся — прочь от океана, от звука спортивной машины с форсированным движком, растворившейся в тропической ночи. Некогда было предаваться сантиментам, вздыхая о Рейчел Чандлер. За день произошло слишком много событий, он был почти у цели и не мог позволить себе отвлечься.

Напрасно он, наверное, обманул ее вчера, не назвав своего настоящего имени.