— Не знаю, что будет. Может, мальчик, может, девочка…

— Ты шутишь? — Наконец-то он замер от радости.

— Нет. Я пришлю вызов, жди.

— Люблю тебя… — по русски пробормотал Пламен. — Жду.

Когда Лара объявила матери о своем положении, та, постояв в оцепенении, залепила дочери звонкую пощечину и закрылась в спальне, откуда вела телефонные разговоры до самого вечера. На следующий день мать повезла Лару к своему врачу-гинекологу и получила подтверждение: беременность двенадцать недель. Первый аборт — явление нежелательное.

В машине Валерия Борисовна прошипела, не глядя на дочь:

— Если ты все же решила окончательно изгадить свою жизнь, то я тебе это не позволю.

— Мама, я намерена родить ребенка от законного мужа. Он тоже хочет этого.

— Он хочет? — Валерия расхохоталась. — Отец получил ответ на запрос о фотографе Бончеве. Он живет в одной квартире с бывшей женой, какой-то… какой-то шлюшкой. У него нет приличного образования, постоянной работы. А главное… — Валерия торжествующе посмотрела на дочь. — Такие, как ты, у него каждую ночь меняются.

В субботу Решетовы принимали чету старых знакомых с сыном. Валерия Борисовна лучилась обаянием, гости пришли в восторг от тостов министра и красоты его дочери. Молодой человек — гений шахматных турниров, не отрывал глаз от тарелки.

— Я его сразу вычислила! — Сказала Валерия дочери, проводив гостей. У меня голова — Дворец съездов! Парень был с тобой в «Спутнике» и страшно влюбился. Розочка — очаровательная интеллигентная дама — так прямо и говорит: Сына будто подменили. Ночами не спит. стихи пишет. Милый, скромный, совершенно несовременный молодой человек. Знаешь, — она обняла дочь впервые после размолвки, — Зиновий чем-то напоминает мне папу. Он был точно такой же, когда мы познакомились…

— Да у нас с этим Зиновием ничего не было! Даже каких-нибудь симпатий! — Взвилась Лара, припомнив, однако, как покрывался ярким румянцем шахматист, оставаясь случайно наедине с ней.

— Не было — так будет. Зиновий Костержец — вполне приличная партия. Я выясняла, — они украинские евреи, вернее, украинцы с латвийской примесью. В общем, русские. Перспектива чемпиона мира! Это завидное положение.

— Мама, как ты можешь! — По щекам Лары побежали частые слезы — Я не люблю его!.

— Я все могу, когда речь идет о счастье моей дочери! А ты, дорогая моя, ещё сама не знаешь, о чем берешься судить.

… Молодых расписали во Дворце бракосочетания. Все было так, как мечтала Лара — восхитительное платье из французских кружев, потом ещё одно — атласное голубое для ужина в «Метрополе». Был полный зал гостей, специальный оркестр, море цветов и крики «Горько». Вот только страшно хотелось плакать или вовсе выкинуть нечто невообразимое — объявить присутствующим, что брак фиктивный, убежать из ресторана, из дома, из страны… Но куда? Мысль об изменах Пламена сводила Лару с ума. Вероятно, мать была права — болгарский красавчик мог бы жениться на дочке московского министра, но вряд ли оставил бы свои богемные привычки.

— Я не смогу приехать в августе, — сказал он ей в последнем разговоре, когда Лара хотела уже рассказать про затеваемый родителями брак.

— Ты должен! Это очень серьезно. Купи туристическую путевку. Придумай что-нибудь! Ты же такой сильный…

— Извини, девочка… — Послышалось после тягостной паузы.