Эми звонко хохочет, приподнимаясь на вытянутых руках.

– Это так… странно.

– Что именно? Что на этом острове нет презервативов?

– Что спустя столько лет нам по-прежнему хорошо вместе. – Она пихает меня кулаком в плечо.

– Хорошо? – Я хмурюсь. – Было же великолепно.

– Макс… – Эммелин коротко смеется.

– Мне тоже безумно хорошо. – Я коротко целую ее в губы. Не могу перестать касаться ее.

– Если бы… если бы наши семьи не были конкурентами, как думаешь, я бы понравилась твоей маме? – тихо спрашивает она.

– Думаю, ты понравишься ей даже несмотря на то, что наши семьи конкуренты. Ты не можешь не понравиться.

– Ты должен научить меня готовить. Что она подумает обо мне, когда узнает, что я не умею готовить? Решит, что я буду плохой женой. – Ее тело в моих объятиях напрягается. – Не то чтобы я собиралась становиться твоей женой. Ну, не в том смысле, что я не хотела бы стать твоей женой. Но и не в том, что я бы хотела… Господи… – Она зажмуривается, пока я приглушенно смеюсь.

– Детка, ты будешь прекрасной женой. И для этого тебе не нужно учиться готовить. Я люблю тебя. И моя мама тебя полюбит.

– Правда? – В ее голосе слышится волнение.

– Правда, – улыбаюсь я. – В крайнем случае ты всегда можешь приготовить для нее свой коронный банановый смузи.

Она смеется.

– Еще я мастерски готовлю Пина Коладу.

– С кокосом, прости господи.

– Ты должен попробовать мою фирменную пинаколаду. И твоя мама – тоже.

С губ срывается смешок.

– Твоя мама ведь не такая брюзга, как ты? И она не ненавидит кокосы, да?

– Она любит кокосы, – улыбаюсь я.

– Хорошо. А что еще она любит? Расскажи мне о ней.

– Ну, мама… У нее доброе сердце. Сколько себя помню, она всегда заботилась о каждом из нас, отдавала всю себя. Порой она делает вид, что обижается, но это лишь игра, ей нравится манипулировать нами, но даже это она делает по-доброму, в шутливой форме. Она никогда не давит на нас, не настаивает на чем-то, а делает все мягко, так, чтобы мы сами приняли решение, которое ей от нас нужно.

– Твоя мама – умная женщина.

– Так и есть. И она очень любит отца. Они постоянно подшучивают друг над другом. И когда я смотрю на них, то верю в любовь. Они оба всегда подавали нам пример идеальных отношений. Причем идеальных не в том плане, что в их отношениях никогда не было ссор или недомолвок. Они были неидеальными для всех вокруг, но идеальными друг для друга.

– Звучит как мечта.

Улыбка расползается по моему лицу, но тут же исчезает.

– Да. Но не все так радужно. Я уверен, что ты понравишься моим родителям, но дело не в них.

– Не понимаю. – Тело Эми напрягается.

С губ срывается шумный вздох.

– Мой старший брат Дин… с ним тяжело. Я многим обязан ему… – Сердце замедляется от воспоминаний. – Мне было пятнадцать, когда я едва не погиб в прибое. Я был пьян после вечеринки и полез в воду. Дин оказался рядом совершенно случайно, возвращался домой и увидел мою доску на волнах. Я жив только благодаря его хорошей реакции. Он буквально вытащил меня с того света. И это стоило ему карьеры серфера. Дину тогда уже исполнилось восемнадцать. Он был звездой региональных, ему пророчили блестящее будущее, но… – Я прикрываю веки, прокручивая в памяти то, как провел в его палате несколько дней. – У него раздробилась шейка бедра, когда он неудачно ударился о скалы, спасая меня. Потребовалась экстренная операция, которая означала, что он больше никогда не сможет встать на доску. Металлическая трубка в бедре, годы восстановления… Он спас мне жизнь ценой собственной.