– Достаточно понравилась, чтобы переспать с ней. А наутро послать ей браслет от Картье, – яростно наступала Франческа.

– Карточный долг. Она меня обыграла.

– Пожалуйста, Димитрий, не принимай меня за дурочку. Я не глупее тебя и говорю тебе: если ты можешь спать с Нормой Валентайн, то, клянусь Богом, со мной тебе не спать больше никогда.

– Но ты замужем, – возразил Димитрий. – Как же ты можешь запрещать мне спать с другими?

– Спи с кем хочешь, – отрезала Франческа, и улыбка наконец сошла с ее лица. – Потому что в моей постели тебе отныне не бывать.

Она вырвала руку и гордо удалилась.

– Похоже, джинн вырвался из бутылки, – прокомментировала Лаки, которая не могла не слышать обрывки разговора и которой было на все наплевать после нескольких бокалов шампанского.

– Простите? – сверкнул глазами Димитрий.

Она передернула плечами.

– Франческа Ферн и Норма Валентайн претендовали на главную роль в фильме «Сирокко поет» пятнадцать лет назад. Норма победила, получила за роль Оскара и стала звездой. А Франческу Ферн даже на эпизоды с тех пор в кино не приглашали. Они на дух друг друга не выносят – весь Голливуд об этом знает. Не понимаю, как вы могли быть не в курсе.

Он побелел от ярости.

– Так вы подслушали весь наш разговор?!

– Против воли.

– Ах так!

– Расслабьтесь – у вас грыжа выскочит.

– Вы на редкость вульгарная девчонка.

– Перестаньте, Димитрий. Я больше не маленькая подружка вашей дочери. И мне осточертело, что вы весь вечер игнорируете меня, как будто меня вообще не существует. Она поднялась. – Это мой отель. Всю неделю вы играли за моими столами. Почему бы вам сейчас не вылезти из бутылки, и тогда мы вместе пойдем и напьемся. А? Разве не великолепная идея? Мне необходимо выпить, да и вам, конечно, тоже.

Он впервые обратил на нее внимание. И ее поразительная красота и чарующая молодость подсказали прекрасный способ позабыть о Франческе. Лаки Сантанджело сказала правду. Он не мог больше отмахиваться от нее, как от маленькой подружки своей дочери.

Его пронизывающий взгляд проник ей в душу.

– Итак, вам требуется собутыльник, не так ли?

Она ответила на его взгляд, с удивлением отметив, что Димитрий наконец-то заметил ее.

– Да, и я выбрала вас.

– Я должен гордиться?

Лаки посмотрела на Джино. Он шептался со Сьюзан.

– Можете гордиться, можете нет, но давайте удерем отсюда. И поскорее.

Джино и Сьюзан оказались в числе приглашенных на ночной междусобойчик в номере Франчески.

– Я прожил непростую жизнь. Много чего сделал – и хорошего и плохого. Понимаешь? – Джино провел рукой по еле заметному шраму на щеке.

– Я и так знала, что ты не Билли Грэхем, – отозвалась Сьюзан.

– Когда начинаешь жизнь там, где я, приходится учиться стоять за себя. Никто тебе не придет на выручку.

– Конечно.

– Я рос на улице. Никогда по-настоящему не учился. Так, нахватался кое-чего по верхам.

– Ты настоящий победитель. Посмотри, чего ты достиг.

– Ага. Достиг, и немало. Получается, я осуществил Великую Американскую мечту. Начал с нуля и добился многого.

– Это еще слабо сказано.

– Я знаюсь с президентами, с политиками, с мэрами, с общественными лидерами. Мне кое-чем обязаны такие люди, что ты и не поверишь.

– Конечно.

– Оставайся рядом, детка. Я устрою тебе замечательную жизнь.