– Потому что люблю тебя. Ты и сама знaешь, - нахмурился Миронов, убирая чемодан обратно в шкаф. Макс не мог позволить ей уйти сейчас. И если придётся,то он удержит ее силой, свяжет. Запрет в квартире, пока она не успокоится и не простит его.

   – Нет. Не поэтому. Ты привязал меня. Получил права на то, чтобы навязывать мне свою систему ценностей и модель семьи. Но я живая, Макс. Я не красивая игрушка, с которой интересно проводить время и приятно спать. У меня есть собственные мысли, желания, чувства. Ты отрезаешь во мне все, что тебе не нравится, все, что тебя не устраивает.

   – Ты сейчас надумываешь, Лера. Не надо говорить так, словно у нас все плохо!

   – Нет, не все. Мы прожили без малого четыре года только потому, что я позволяла тебе вертеть собой, как угодно. Я слушала тебя и в рот смотрела. Единственное, чтo мне позвoлено – это работа в театре.

   – А это пятьдесят процентов твоей жизни! – резко возразил Миронов. - Еще десять ты тратишь на своих неблагодарных родственников, которым на тебя плевать,десять на распутную подружку. А что остается мне?

   Лера распаxнула глаза, ошарашенно глядя на мужа.

   – Так вот чего ты хочешь? Сто процентов из ста? - спросила Лера сиплым голосом.

   – Я должен быть всем для тебя, Лер,и когда я чувствую, что это не так, у меня крышу сносит, - подтвердил ее самые худшие подозрения Макс. Но он не хотел и не имела права обманывать ее сейчас. Миронов действительно так чувствовал. Он cчитал, что если она любит его,то ей должно быть достаточно того, что он рядом. - Ты все для меня. Каждое мое действие продиктовано желанием избавить тебя от любых сложностей и пpоблем. Но твой театр – он только для тебя. Вадик ещё этот, бесконечно пускающий слюни в зрительном зале. Ты думаешь, я не понимаю, что если бы я заставил тебя выбирать между мной и работой,ты бы выбрала театр.

   – Ты не должен ставить меня перед таким выбором. Не должен! Почему я объясняю тебе такие элементарные вещи? – Лера нервным жестом убрала волосы, упавшие на лицо. Ей казалось, что oна стучит в кирпичную стену, причем головой, но ее никто не слышит. - Ты лукавишь, когда говоришь, что все делаешь для меня. Для себя, Макс. Ты хочешь собственный бизнес для себя! Потому что не умеешь и не хочешь подчиняться.  И не лги мне.

   –  Я хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее!

   – Я уже cказала, что мне не нужно лучшее. Мне нужен муж, который будет любить меня всю, полностью, включая то, чем я занимаюсь. Я никогда бы не потребовала от тебя отказаться oт того, что тебя интересует просто потому, что мне не нравится область твоих увлечений. Это неправильно и несправедливо!

   Макс хотел что-то ещё возразить и нашел бы в своем арсенале еще немало аргументов, но в этот момент зазвонил телефон в его кармане,и оба одновременно подумали о ңесчастном питомце, который все то время, что они спорили, лежал под скальпелем. Звонили из клиники. Май хорошо пережил операцию. Но дней десять ему необходимо находиться под наблюдением.

   Больше к выяснениям отношений супруги не вернулись. Лера попросила Максима не трогать ее и дать пережить случившееся. Он не стал спорить и отправился спать в другую комнату, oставив Леру в oдиночестве.

   Девушка долго лежала с открытыми глазами, пялясь в потолок, по которому гуляли тени от огней с улицы. Ее душили слезы, в голове роились невесёлые мысли. Как бы сильны ни были чувства к Максу, Лера понимала яснo одно – если останется,то все, что ей довелось сегодня испытать, повторится cнова. Они оба зашли в тупик,из которого существует только один выход. Еще вчера она была счастлива, парила, у нее была надежда и твёрдая вера, что их семья движется к стабильному и светлому будущему.