— Так что там все Подворье знает?

— Кто-то провел ритуал. Кровавый, среди чужан.

— Как?

— Не знаю. Но воевода ездил на место лично с твоим иномирцем и еще парочкой ратников. Вернулся сердитый, как грозовая туча. Я в последний раз его таким видел, когда ты Водяного царя убил.

— Ритуал — это не я!

— Да знаю, — скорчил лицо Моровой. — Куда тебе. Там профи работал, даже следы промысла быстро исчезли. Такое редко кому подвластно, с опытом приходит, да и то не всегда. Обычно отследить получается.

— Много погибло? — деловито спросил я.

— Один чужанин.

— И такой шум поднялся? — удивился я. — Нет, я-то как раз понимаю, что гибель любого человека — это трагедия. Но у рубежников вроде чужане проходят по отдельной категории.

— Вроде как это может быть связано с Царем царей, — встрял Печатник. — Кто-то слышал, как воевода о том обмолвился.

— И кто этот кто-то?

Саня многозначительно поднял глаза, не торопясь отвечать. Хотя мне и так было ясно. Едва ли сам воевода. И точно не Рехон. Он, конечно, парень у нас своеобразный, но на болтуна не похож. К тому же, у него и друзей тут нет. Единственный подходящий вариант все воротил нос. Значит, кто-то из оставшихся ратников. Вот им я уж точно не завидую. Рано или поздно воевода узнает, о чем болтают в Подворье и быстро найдет виновных.

— И чего теперь делаете?

— Ждем, — ответила Ася. Правда, решила больше ничего не добавлять.

— Либо нас воевода поднимет и даст четкий приказ, — продолжил Моровой. — К примеру, найти этого рубежника. Либо пронесет.

— Но никто не хочет заставлять Илию ждать. Поэтому все тут и сидят. Кто-то по домам, кто-то в казармах, — поддакнул Печатник. — Но ситуация так себе.

— А сам воевода где?

— Здесь, в Подворье. С тверским кощеем разговаривает. К нему как раз заступники приехали. Собираются выводить тебя на чистую воду. Дрожишь, поди?

Я взглянул на Печатника. В начале разговора мне показалось, что он забыл о досадном недоразумении, которое произошло между нами. Точнее, что Саня сидел в очень потяжелевших штанах в плохо проветриваемом доме. Ну, подумаешь, с кем не бывает на день ратника. Я к тому, что дело-то житейское. Но нет, рубежники мало что забывали.

Скажу больше, если вдруг каким-то чудом тверские действительно как-то смогут мне навредить, этот персонаж будет только рад. Странно, учитывая, что с той же Асей и Моровым он спокойно сидит за одним столом. Хотя, кто его знает, может, тоже спит и видит как бы им поднасрать. У него в этом плане опыт большой.

— Мне чего дрожать? Я ни в чем не виноват. Ладно, был рад повидаться, — соврал я. — Пойду прогуляюсь.

Сам же подошел к рюкзаку, поднял его и облегченно выдохнул. Ноша стала заметно легче.

— Ушли, они, сс… ушли, — поддакнула лихо. — Расползлись, червячки, забились в щели.

— Ну, и отлично.

И уже после, словно вспомнив про куртку, я вернулся и забрал и ее. Операция «Фуриоса» прошла великолепно. Правда, теперь из головы не выходила история про Царя царей и ритуал. Вот переложили, блин, с больной головы на здоровую.

Нет, меня тоже озадачило утреннее воззвание. Вот только именно что озадачило, а не испугало. Сегодня главнюк нежизни не имел надо мной той власти, какую я почувствовал в первый раз. Его приход можно было сравнить с легким дуновением смрада со стороны скотомогильника. На мгновение у тебя возникает мерзкое чувство отвращения, внутри все переворачивается, но только подует легкий бриз, как все проходит.

Да и домашние мои восприняли это происшествие нормально. Словно после долгого пути вдруг споткнулись, но потом снова продолжили движение.