Я вылез из-за ящиков и собрался было пойти домой. Теперь, вроде бы, со всем разобрались. Однако день переставал быть томным. Из подъезда вышла новая партия рубежников. На этот раз воеводу провожал Трепов, а позади него болтался здоровенный рослый красавчик. Причем, последнее я отметил даже с некоторой обидой. Засранец действительно обладал потрясающей, почти голливудской внешностью, роскошными волосами и впечатлительной мускулатурой. На подобных девчонки всегда вешаются.

Разве что рубцами не вышел — ведун, но близок к кощею. Я с некоторым злорадством отметил, что это и есть завтрашний обед Юнии. Вот как раз спрошу, понравился ли он лихо. Она у нас женщина привередливая.

— Матвей, повезло, что встретили тебя, — увидел меня воевода.

— Повезло, — повторил я уже набившее оскомину слово.

— А я хотел к тебе человека посылать. Завтра в полдень первый день слушаний. Ты уже выбрал защитника? Можешь попросить кого-то из друзей.

— Смешно, — ответил я.

Однако тут у меня вдруг все встало на место. Нет, не про защитников и друзей среди рубежников, которых у меня не было. А про везение. Я вспомнил ухмыляющуюся рожу Василя, его странный чай со вкусом разочарования. Как он сказал: «Даже не догадаешься, что там?». Вот ведь засранец. Но в то же время молодец.

— Когда нужен ответ? — спросил я.

— За час до заседания. Чтобы я мог найти кого-то.

— Хорошо. Сейчас сбегаю до кружала и спрошу.

Что удивительно, я не врал. Поэтому, откланявшись, рванул что было мочи в наш местный бар, пытаясь подтвердить свою теорию. Учитывая, что прямо перед кружалом я нашел валяющуюся серебряную монету, мне достаточно было взглянуть на хозяина трактира. Что я и сделал.

— Что за чай ты мне дал? — спросил я.

— Понравилось? — довольно улыбнулся Василь. — Я давно придумал, но все не знал, кому лучше дать попробовать. А тут ты, Бедовый.

— Что это за фигня?

— Четырехлистный клевер, настоенный на лепреконском золоте. Не думал, что получится. Я назвал его зелье удачи. Единственное, должен быть какой-то побочный эффект.

— Хрен с ним с побочным эффектом. Еще сделаешь?

— Легко. Пять серебрянных за чайник.

— Два же было! — возмутился я, но тут же опять понизил голос.

Наш диалог и так привлек ненужное внимание соседних столов. А сидящие за дальним тверские, те самые Агата и толстячок, вообще не сводили с меня глаз, как только я появился в кружале.

— Это пробная версия. Я же не знал, что получится.

— Жук ты, Василь. Идет.

— Тогда щас заварю. Тебе с собой? Тут и термос где-то был

— Я надеюсь, что за него ты серебро брать не будешь.

— У меня же все-таки есть совесть, — расплылся в улыбке добродушный хозяин кружала. — Мы, русские, друг друга не обманываем.

Я повернулся к рубежникам. Пока есть удача, надо ею пользоваться. К тому же мне и правда нужен защитник — опытный рубежник из числа тех, кто не будет спать и видеть, как я корчусь от смертельных судорог. Печатника я отмел сразу, Асю чуть погодя, она вроде нормальная, но я о ней решительно ничего не знаю, а вот Моровой мог подойти.

— Федя, дело есть. Будешь моим защитником на этом процессе?

Я даже скрестил пальцы под столом. А что? Вдруг действительно прокатит. Чем бог не шутит, пока черт спит. А этот волшебный чаек, судя по всему, как раз усыплял рогатого, который отвечал за мое невезение.

— Почему бы и нет, — неожиданно согласился Моровой. — Только мне надо знать все, что произошло, чтобы понимать суть процесса.