|
Выглядело вполне сообразно моменту, хотя Алек был уверен, что Палмани, судя по тому, как она льнёт к своему мужу, ни сном ни духом не ведает о его похождениях.
Кое-кто в толпе зароптал, увидев, как Серегил ведет своих гостей во главу очереди, однако человек, собиравший входную плату, отлично знал, кто они такие, и низко поклонился, впуская их внутрь.
- Это просто великолепно! — воскликнула, Палмани, восхищённо оглядываясь кругом, когда они рассаживались в изысканно обустроенной патронской ложе. — Я не одну неделю упрашивала своего мужа отвезти меня сюда.
Рельтеус поднёс к губам её руку:
- Ну так вот мы и здесь, любовь моя, благодаря любезности моих замечательных друзей.
- Он так часто рассказывает о вас, — сказала она Алеку.
Вскоре появился юный Ван, который принёс для них прохладное вино и фрукты.
- Благодарность от нашего дома, милорды, — сказал он, отвешивая низкий поклон.
- Спасибо, Ван, — ответил Серегил. — А скажи-ка мне, ты не знаешь, свободен ли Атре после вечернего представления? Мы обедаем с герцогом и его женой, и они очень хотели бы его видеть.
- Не сомневаюсь, что свободен, милорд!
Пьеса, как и всегда, оказалась замечательной, Атре играл рогоносца-мужа, а Мерина — торжествующую жену. Брадер играл бесшабашного приятеля мужа. И делал это с таким озорством, которого, честно сказать, Алек и не ожидал от него.
Всё заканчивалось тем, что бедолагу-мужа запирали в шкафу вместе с вонючим слугой, которого играл Тейбо, и страдающим газами псом. Публика была в восторге и всеми воможными способами выражала своё одобрение каждому, кто выходил для поклона на сцену.
- Боже, они были великолепны! — воскликнула Палмани, вытирая со щёк слёзы смеха. — Жду не дождусь, когда смогу познакомиться с этим красавчиком, вашим актёром, поближе.
Огни рампы были погашены и толпа потихоньку вытекала наружу, переговариваясь и смеясь, Серегил и его друзья тем временем задержались в ложе. А вскоре к ним присоединился Атре.
Он был одет в искусно расшитый синий камзол и короткие шёлковые панталоны.
- Ваши Сиятельства.
От его серьги и многочисленных колец во все стороны посыпались разноцветные брызги, когда он всем поклонился.
Украшения-то всякий раз были иными: как подозревал Сергил, он менял их в зависимости от того, к кому был приглашён нынче вечером, к вящей радости хозяев и к собственной выгоде. Единственное кольцо, остававшееся неизменным, украшало мизинец на правой руке Атре — аметистовое колечко, то самое, что подарила ему Элани. То было свидетельство особой улыбки фортуны, и, похоже, Атре был счастлив лишний раз напомнить об этом всем окружающим.
- Для меня огромнейшая честь предложить вам свои скромные услуги, — сказал Атре, хотя в голосе его этой самой скромности было не так уж много.
- Можете поблагодарить своих покровителей, Мастер Атре, — ответила Палмани, протягивая ему руку для поцелуя.
- Они неизменно ко мне великодушны, Ваша Светлость.
* * *
Казалось, что война, с её лишениями и нуждой, обошла богатый квартал стороною, по крайней мере этот громадный особняк Рельтеуса на Улице Серебряной Луны, где их ждало грандиозное пиршество. Есть сели в ухоженном саду, наслаждаясь прохладой ночного ветерка, и к столу были поданы блюда из оленины и крольчатины из охотничьих угодий герцога, а также заливной угорь и лобстеры, выловленные в бухте. Морепродукты в Римини были по-прежнему в изобилии, как не подлежащие транспортировке. Конечно, хлеб, надо признать, был сделан из более грубой муки, чем обычно, а на десерт были в основном облитые карамелью фрукты, вместо пирожных, но никому и в голову не пришлось бы высказываться на этот счёт.
Атре был в своей стихии: он развлекал сотрапезников байками о своих скитаниях и изображал разных забавных персонажей. |