Изменить размер шрифта - +
Он был, конечно, не настолько пьян, насколько притворялся, но взгляд его, тем не менее, был мутным.

- Ну что, сработало? — промычал он.

- Идеально.

Алек очумело огляделся:

- Этот осьминог на стене… он и впрямь шевелится?

- Нет, — хохотнул Серегил.

- Кровать шатается!

- Нет, не шатается, любовь моя.

Двое проворных слуг, войдя в комнату, принесли ведро, воду и несколько полотенец. Серегил свернул одно из них, смочил в воде и положил на лоб Алеку.

- Так получше?

- Нет, — выдохнул Алек, бледнея. — Ведро!

Серегил придержал его, чтобы не слетел с кровати, пока Алека рвало вином и съеденным на ужин.

Когда его перестало рвать, Серегил отодвинул ведро подальше, раздел Алека и уложил поудобней, сменив полотенце на его лбу.

- Ну что, сейчас лучше?

- Слегка, — ответил Алек, не открывая глаз. — Чёрт возьми, лучше займись уже поисками!

Оставив Алека отсыпаться, Серегил вышел на длинный балкон и прошёл по нему, заглядывая в остальные комнаты.

Света луны вполне хватило, чтобы разглядеть что там, внутри: то были одни спальни и детская, где нянька носилась с парой младших детишек герцога и приглядывала за младенцем. Следующая комната, судя по всему, принадлежала самой герцогине.

Серегил снова вернулся внутрь и подождал, пока в доме всё станет тихо, затем выскользнул в коридор и приступил к поискам.

Апартаменты в передней части дома оказались всё теми же спальнями и гостиной. Воспользовавшись свёрточком с инструментами, припрятанным за пазухой, он проник в неё, но обыск не дал ничего, кроме шкатулки с перепиской герцогини. Он быстро ознакомился с ней: ничего примечательного. Что бы там ни были за делишки у герцога, вряд ли его молодой жене было что-то об этом известно.

Когда он осторожно выбрался в коридор, наверху лестницы, всего в нескольких ярдах от Серегила, вдруг появился здоровенный слуга со светильником в руках.

- Кто это здесь? — крикнул слуга, подходя ближе и поднимая повыше светильник. — Ах, это Вы, милорд! Что же вы делаете здесь, в потёмках?

- Ну, я на самом деле ищу где здесь уборная, — изображая раздражение, ответил Серегил. — Не хотелось никого потревожить светом.

- Ну что Вы, никакого беспокойства! А так Вам ещё повезло, что не сломали себе шею. Однако, да будет Вам известно, в спальнях под кроватями есть ночные вазы.

- Терпеть не могу их! Наверняка где-то должен быть нормальный туалет?

- Да, конечно. Внизу. Сюда, идите за мной, я провожу Вас.

Что ж, выбора не было, кроме как отправиться следом за ним, но по счастью, им пришлось проходить мимо одной открытой двери, за которой оказалось нечто весьма похожее на рабочий кабинет, выходящий окнами в сад.

Туалет напоминал собой небольшой чулан в самом дальнем конце дома. Такие уборные, представлявшие собой сливы, выходившие прямо в канализацию с обустроенным сверху стульчаком, были в Римини нынче не редкостью. Пока стражник оставался снаружи, чтобы затем посветить ему на обратном пути, Серегил воспользовался уборной, а затем позволил проводить себя в спальню.

- Благодарю, — Серегил вручил слуге пол серебряных сестерция.

- Премного благодарен, милорд.

Алек крепко спал. Теперь он был хотя бы не такой бледный.

Серегил вымыл под умывальником руки и возвратился к двери. Стражника и след простыл. Не хотелось бы более никаких подобных неожиданностей. Серегил поскорее направился к лестнице и вернулся к кабинету. Если часовой снова наткнётся на него, он скажет, что у него расстройство.

Комната была погружена во тьму, но света из окна было достаточно, чтобы Серегил смог ориентироваться по лёгким очертаниям предметов. Обшарив рабочий стол, он нашёл там лишь несколько писем от сына, в которых тот рассказывал о том, как служится в Конной Гвардии и о действиях Клиа.

Быстрый переход